Смута. Письма самозванки

Девка лукаво улыбнулась:

– А гроши-то есть у тебя, казаче?

– Есть гроши!

Зырян вывалил звякнувшую горсть монет на стол. Глаза девки ярко сверкнули.

– Оставайся на постой, казак, – тихо произнесла она. – Я угол наверху приготовлю.

Зырян кивнул.

– Если хочешь, сама приду, – застенчиво и тихо добавила она.

– Эй, казак! – поднялся один из стрельцов. – Ты чего к нашей девке пристаешь?

Зырян обернулся. Стрелец, бросивший ему вызов, был много шире в плечах и выше. Мордобой казаку сейчас был ни к чему.

– Дело государево!

Зырян достал из кармана свиток, что сунул ему напоследок вместе с грошами боярин Стрешнев. Увидев двуглавого орла на печати, стрельцы загудели и успокоились. Девка зажгла еще свечи.

– Споем, стрельцы! – проревел здоровый детина в красном кафтане.

Он ухватил своей огромной лапой стакан с горькой и разом опрокинул его себе в горло.

– Запевай, Андрей, а мы подхватим! – ободрили его собутыльники.

Не отец, не мать разлучили нас,

Разлучил же нас тот великий князь,

Князь Иван, государь Васильевич.

Перед глазами Зыряна все поплыло, и он провалился в серый густой туман.

* * *

По случаю признания царицей Мариной Юрьевной в тушинском самозванце своего мужа истинного царя Димитрия князь-гетман Роман Рожинский распорядился устроить пир для своих приближенных, а также для свиты царицы и царя Димитрия.

На следующий день была задумана тайная помолвка вновь соединенной царственной пары. В Тушино, словно дятлы в весеннем лесу, застучали плотницкие топоры, завыли острозубые пилы, вгрызаясь в бревна.

Весь лагерь вновь пришел в движение, начал строиться, обрастать новыми избами, среди которых особенно выделялся будущий дворец царя Димитрия.

Строить решили по старорусскому обычаю. Первый этаж – из камня с прорезанными в нем небольшими оконцами-бойницами. На второй этаж поставили деревянный сруб, который увенчали небольшим куполом. С боков начали пристраивать женскую половину, где будет размещаться царица и ее двор. С храмом будущие хоромы соединили крытым бревенчатым переходом, в котором также прорезали пилами узкие бойницы.

Строители и плотники засновали по всему Тушино. К воротам потянулись телеги с камнем для постройки единственной пока в усадьбе царя каменной белой башни.

Князь-гетман столкнулся с Заруцким прямо в дверях.

– Что, атаман, доволен ты? – прохрипел Роман Рожинский. – Казакам твоим жалованье все выдали.

Заруцкий скривился:

– Выдали, да не все. Не хватает, князь-гетман.