Невидимая связь. Книга 1. 1796—1890

– Я тоже на это надеюсь, госпожа, – уже немного неловко и неуверенно сказал князь Зарубов.

– Приятного вечера, – не снимая с лица улыбку, пожелала Ева Савельева.

Юрий отошел. Князь Зарубов был очень похож на старшего сына Александра Петра. Такие же кудрявые черные волосы, овальное лицо, такой же полноватый.

Аполлинария тем временем еле стояла на ногах. Глаза она держала закрытыми, за что получила в свой адрес выговор от Евы:

– Господи Боже, Аполлинария! Хватит спать! Ты встречаешь гостей! Это как минимум не прилично!

А она уже не могла ответить – просто не хватало сил, чтобы открыть рот.

– Дорогая, я проведу Вас до кресла, – заботливо проговорил Александр своей жене и медленно повел ее к дивану.

И когда Ева Савельева осталась одна, пришел отец Ираиды Ленской (невесты Петра) Ленский Егор Кузьмич. Он, будучи по-настоящему счастливым от возможности встретиться с Евой, улыбался и не мог прекратить.

– О, Егор, а я уж думала, что Вы к нам не приедете! – воскликнула Ева, изображая взаимную симпатию.

На самом деле Егор Ленский был ей противен, но вот деньги, которыми он распоряжается, ей очень нравились.

– Как я мог не приехать на такой важный прием. – Ответил Егор, целуя ей ладонь. – Вы обворожительны, как всегда.

– О, месье, Вы мне льстите, – умело играла свою роль Ева.

Ева первые пятнадцать лет своей жизни прожила во Франции и поэтому не редко пользовалась французским акцентом. Своим умением управлять людьми как марионетками и влюблять их в себя она заработала все, что имела.

– Приятного Вам вечера, месье, – пожелала Ева и помахала ему рукой.

Александр довел Аполлинарию до дивана, усадил ее и сам заметно побледнел от волнения. Она села, но лучше не становилось.

– Дорогая, я приведу доктора, держись, – он крепко держал ее за руку.

Александр убежал.

Рассеянным взглядом она осматривала гостей и проклинала себя за то, что так плохо себя чувствует.

К Еве Савельевой тем временем подошло семейство помещиков Головиных: Николай и Агнес Головины со своей дочерью Елизаветой. Головину было пятьдесят лет, а его жена была младше его на год. Дочке около месяца назад исполнился двадцать один год.