Боярыня Морозова

Дни ожидания

Илья Данилович Милославский очумел от немыслимого счастья. Ворота на запор, двери в доме, что к черному-то ходу, досками приказал забить. Ружье на столе, пистолет за поясом. Дочь в Тереме – ломоть отрезанный. Вторую дочь, Анну-смуглянку, хранил Илья Данилович про запас.

С девкой Рафа Всеволожского вон как обошлись, а второй у него не было. Так бы и сидел в сторожах, но Борис Иванович позвал будущего тестя в Кремль, показал пустующий двор. Место знатное. Сразу за двором царя Бориса, где жил датский принц.

А у Соковниных в доме поселилась тишина. Всякий шорох – событие.

Анисья Никитична перебралась к Авдотье Алексеевне Морозовой. Вместе целый день в Тереме, берегут Марию Ильиничну. Анна Петровна Хитрая – своя, сослужила службу Борису Ивановичу, но ведь вся боярская зависть зубами по-волчьи щелкает, вьется змеиными кольцами, роняя с жала яд.

Прокопий Федорович со старшим сыном Федей тоже в Кремле живут. Хранят Марию Ильиничну. Федосья в доме за старшую. При ней братец Алексей и Дуня. Дуне тринадцатый, вытянулась, похорошела. Что на ней, все к лицу. А глаза! Такие глаза не забывают.

Рождество на дворе. Всему белому свету праздник.

А у Милославских, у Соковниных одно на уме: заснуть, а проснуться, когда уж все сбылось.

Думать о Марии Ильиничне Федосья не позволяла ни себе, ни Дуне. Мало ли что надумаешь!

Время попусту проживать стыдно, Федосья и Дуня читали жития святых.

Свадьбу Алексея Михайловича и Марии Ильиничны назначили на 16 января, на воскресенье.

– Шестнадцатого поклонение честным веригам апостола Петра! – вспомнила Дуня.

– Вериги в этот день видят и прикладываются к ним в Риме и в Царьграде, – сказала Федосья. – Патриарх Ювеналий подарил святыню императрице Евдокии, а Евдокия одну веригу послала своей дочери Евдоксии в Рим.

Прочитали жития святых мучеников Спевсиппа, Елевсиппа, Мелевсиппа, их бабки Леониллы и с ними Неона, Турвона, Иовиллы.

Во II веке жительница Каппадокии Леонилла приняла святое крещение и окрестила своих внуков. Язычники замучили насмерть бабушку, внуков. И с ними Иовиллу, назвавшую себя христианкой.