Побеги древа Византийского. Книга вторая. На перекрёстках двадцатого века

Мол, есть у неё жених и она хочет жить с ним вместе. Братья пообещали, что, если она ослушается, лишат её приданого. А это кара серьёзная по нынешним временам! Так что сейчас мы на распутье. Я, конечно, давно от этих традиций отказался, а она зависимая: здесь, среди этих людей выросла, ей труднее. Михаил Константинович, вы человек умный, грамотный, образованный. Хочу от вас совет получить: как мне поступить? Знаю, плохого не посоветуете.

– Соломон, здесь обмозговать всё надо. Не могу я тебе на такой сложный вопрос, связанный с вековыми национальными и семейными традициями, сразу ответ дать.

Комнин задумался ненадолго, Соломон тоже молчал, ожидая его решения.

– Давай поступим следующим образом: завтра в первой половине дня я встречаюсь с Григорием Ивановичем, а ты вечером бери в охапку свою невесту, и приходите на смотрины, – улыбнулся он. – Мне важно твоей невесте в глаза посмотреть, мнение её услышать, настрой понять, – закончил Михаил уже вполне серьёзно.

Короток зимний день. Едва выглянувшее меж туч солнце стремительно катилось к горизонту. Подмораживало, снег поскрипывал под тяжёлыми шагами. Михаил разглядывал пригнувшиеся под белыми шапками дома, отяжелевшие под снежной ватой ветви деревьев.

С утра он смотрел показательные кавалерийские выступления, на которые, собственно, и был приглашён, оценивал подготовку личного состава конного корпуса Котовского. Потом часа два беседовал с Григорием Ивановичем, который произвёл на него неизгладимое впечатление.

– Знаешь, Михаил Константинович, – рассказывал он, – я всегда чувствую себя плохо, когда у другого нет того, что есть у меня. Умом я понимаю, что это не моя вина, знаю, что многие из высшего комсостава запросто пользуются своим должностным положением, но мне это претит. Душа сопротивляется! А ты ведь понимаешь, что идти супротив души дело очень опасное? – рассмеялся Котовский.

– Подготовка твоих бойцов в корпусе мне понравилась. Так и напишу в отчёте.

– Ну, скоро придётся попрощаться с корпусом… Летом, наверное.

– А что такое?

– Михаил Васильевич предложил мне стать его заместителем.

– О, заместитель наркомвоенмора! Почётная и ответственная должность. Фрунзе, видимо, надеется на тебя.

– Да, мы с Михаилом Васильевичем прошли вместе непростой путь и хорошо узнали друг друга.