Норильские судьбы. Повести, рассказы, мемуары

На вторые, когда ноги капитана стали подгибаться, а веки наползать на глаза, зашли на ночлег в один из заливов реки. Ужин был скромный, но вкусный. Капитан был уставший, но довольный. Настроение капитана передавалось и команде.

Чтобы поблагодарить кока за работу, пригласил к себе в каюту. В этом была его первая ошибка.

– Как вы себя имеете? Вы мне просто начинаете нравиться, – заговорил он.

Настя, так звали кока, улыбнулась. А после непродолжительной беседы, вдруг обнаружила у себя за пазухой бутылку вина.

Часы показывали семь утра. Команда сидела в камбузе, поглядывая в иллюминатор, любуясь панорамой усыпанного жарками берега, прислушиваясь, в ожидании завтрака. Солнце тоже смотрело в иллюминатор с другой стороны, освещая своими лучами пустой обеденный стол, веером разложенные салфетки и стеклянную банку с начинающими увядать цветами.

Капитан стоял у зеркала. Смотрел на себя презирающими глазами и чистил зубы. Пена лезла из его рта, срывалась с губ, падала вниз, и со звоном разбивалась о металлический умывальник.

Настя открыла глаза. Потянулась, груди распались по сторонам. Посмотрела на Палыча и замурлыкала:

– Котик! Который час?

– Я таки тебе скажу, что уже давно, как семь. Ребята сидят на банках, пялятся в иллюминатор и нервничают, не понимая.

Зло, но еще с какой-то надеждой он посмотрел на раскинутое тело.

– Еще чуть-чуть и артель умрет в догадках, не зная, почему?

Капитан безнадежно глянул в зеркало. Роскошное тело продолжало потягиваться и нежиться в кровати.

– Дорогой! Принеси мне, пожалуйста, горячего чая.

Палыч поперхнулся от такой наглости, замер. Стиснул зубы так, что чуть не перекусил зубную щетку. Спешно накинул на себя тельняшку и выскочил из рубки.

Днем пришвартовались у причала поселка Половинка. Палыч сам скинул трап. Сбежал по нему, неся в руках большую сумку.

– Капитан! Куда вы меня ведете? – Настя не сопротивлялась, но шла с неохотой.

– Я веду вас к справедливости, – сказал капитан.

Спустившись вниз, убрал руку от локотка Насти и произнес:

– Мадам Настя! – сказал он. – В мире ошибаются все, даже боги. Я никогда не был вором. И никогда не любил этих профессий. Я жил и мечтал о паре пустяков.