Последний губернатор Туркестана. Триумф и трагедия Алексея Куропаткина

Школа эта составится из лучших офицеров всех ведомств без исключений, под начальством Жомини и в непосредственном ведении начальника главного штаба; она будет содержима в самой точной дисциплине и все будут жить вместе; курс будет двухлетний и я хочу в нём только высшую Стратегию, Географию и Военную историю».

Следует отметить, что барон Жомини, прекрасно понимал, что создание Высшей школы для офицеров, не принесёт пользы, если не привести «в надлежащий вид» сам генеральный штаб. В письме Императору он пишет: «Хороший генеральный штаб для армии столь же важен, как хорошее правительство для народа».

Наконец все бюрократические нормы были утрясены и первый набор слушателей приступил к обучению. Начальником вновь созданной Академии генерального штаба стал боевой генерал, ветеран войны с Наполеоном, Иван Онуфриевич Сухозанет и, как пишет в своём историческом очерке Н. П. Глиноецкий: «по-видимому он не имел никаких особых данных для того, чтобы выполнить порученное ему дело организации и руководства учебным и даже учёным заведением, тем не менее, благодаря природному уму, необычайной энергии и умению пользоваться способностями и трудами других, первый директор Академии, управляющий ею более 20 лет (до 1854 года) вполне оправдал доверие к нему Государя и бесспорно, как показали последствия, стоял на высоте своего назначения».

К моменту поступления в Академию Куропаткина, – спустя почти 50 лет после её образования – пост начальника этого военно-учебного заведения занимал генерал-лейтенант Александр Николаевич Леонтьев, при котором «занятиям обучающихся офицеров был дан более практический характер, программы курсов были выработаны сообразно требованиям современной науки, основан дополнительный курс и установлены полевые поездки, распространившиеся затем по всей армии».

Леонтьев, сам после нескольких лет службы в гвардии поступил в Академию и окончил её с серебряной медалью. Пятнадцать лет он стоял у руля этого высшего военного учебного заведения и за это время максимально приблизил специальные теоретические военные образовательные программы к повседневным потребностям русской армии учтя печальные итоги Крымской войны и опыт европейских войн, в частности недавней Франко-прусской.

Кроме того, Леонтьев стремился придать академической деятельности как можно больше гласности, чтобы знакомить с ней военное сообщество и вызвать тем самым как можно больше дискуссий.