Намтар

По дороге он замечал вешки, сделанные из пучков тростника, указывающие направление работ. Решив заночевать в Гирсу, он сразу отправился во временный лагерь, разбитый строителями вблизи города. Предъявив стражникам лагеря серебряную печать, удостоверяющую его личность, Энкид велел остановиться у дома управляющего. Ему навстречу вышел высокого роста и крепкого сложения молодой человек лет тридцати с великолепной осанкой.

Энкид неторопливо спустился с повозки, радуясь возможности размять ноги, и повернулся в его сторону.

Тот с достоинством поклонился:

– Намхани, управляющий строительством в Гирсу, приветствует тебя, – низкий голос управляющего очень подходил к его облику.

– Энкид – инспектор царя, – невольно подражая ему, понизил свой голос против обычного Энкид.

Намхани ещё раз поклонился, на этот раз чуть ниже, чем в первый раз.

– Желает ли царский инспектор осмотреть лагерь, разделить вечернюю трапезу или отдохнуть после дороги?

– Именно в такой последовательности, – слегка улыбнулся инспектор.

– Прошу тебя следовать за мной, почтенный Энкид. Для меня большая честь встречать лично одного из близких и доверенных подданных нашего царя.

Энкид не услышал в его голосе ни нотки фальши, ни подобострастия. Они прошли по всему лагерю, в котором царили порядок и чистота. Строители закончили возведение бараков, складов, мастерских, большой столовой под навесом, конюшни и отхожего места. Они были готовы принять тысячи рабочих, когда строительство дойдёт до их участка. Энкид остался доволен.

Во время вечерней трапезы в доме с простой обстановкой управляющий Намхани рассказал о себе и поделился тем, что его волновало.

Родом он был из Лагаша. В его семье все мужчины были строителями. Ещё в детстве он помогал отцу и деду: носил воду, подавал нужный инструмент, месил раствор глины с тростником, утаптывая его босыми ногами. Позже в эдуббе Лагаша он научился исчислениям и проектированию. Став молодым гурушем царя, Намхани получил первый опыт на строительстве храма бога Луны Нанне в Уре.

Однако на строительстве его рвение осталось незамеченным. Управляющий Липит оградил себя личным кругом исполнителей, через которых и управлял ввереным объектом. Лояльность к управляющему выражалась в безусловном подчинении приказам, какими бы абсурдными они ни казались.