Княжеский крест. Исторический роман

Он заулыбался и покорно пошел за своей целительницей.

Женщина заставила князя раздеться до пояса, уложила его на шубу лицом вниз и стала легкими движениями разминать спину, смазывая какой – то душистой маслянистой смесью. С каждым разом движения ее рук становились все энергичней и даже вызывали легкие болевые ощущения. Спина у Ярослава стала красной, а приятное жжение распространялось по всему телу. От удвольствия он закрыл глаза, наслаждаясь энергичными прикосновениями рук женщины. Лечение заканчивалось, и целительница стала легко поглаживать нежными руками спину князя, затем накрыла его толстым верблюжьим одеялом, прошептала:

– А теперь, светлый князь, немного вздремни, встанешь как будто ничего у тебя и не болело.

Анастасия наклонилась над Ярославом, желая поправить одеяло. Но неожи – данно даже для себя самого князь притянул ее к себе и страстно поцеловал в губы. Анастасия от неожиданности растерялась, но не сопротивлялась. Она просто не знала, как себя вести. А князь обнимал и целовал ее в губы, в щеки, глаза.

Потянул Анастасию к себе, снимая с нее одежду. Женщина неожиданно для себя стала отвечать на его ласки и помогать снимать с себя одежду. И вот они уже сплелись в страстных объятиях, шептали друг другу ласковые слова.

Ярослав, нежно обнимая женщину, торопливо целовал ее в упругие груди, шею. Он как будто спешил, боясь, что это мгновение его неожиданной любви уйдет. Анастасия же лежала с закрытыми глазами, но ресницы ее подрагивали.

Она стонала, всхлипывая, слезы ее катились по щекам.

Наконец князь освободил возлюбленную из своих объятий и надолго замолчал. Анастасия, стыдливо закрывшись одеялом, всхлипывала, смахивая рукой набегавшие слезы.

Ярослав повернулся к женщине, погладил ее по золотистым волосам, прошептал:

– Ты что, милая, слезы – то льешь? Неужто я тебя чем обидел?

Или недовольна чем?

Анастасия молчала, продолжая всхлипывать.

Великий князь поцеловал женщину в губы и опять спросил:

– Ну что, милая? В чем беда?

Анастасия счастливо улыбнулась сквозь слезы.

Нежно обняла князя руками за шею и, глядя ему прямо в глаза, тихо сказала:

– Это, князюшка, слезы счастья. Я ведь даже в мыслях не могла допустить, что мы станем с тобой так близки. Я ведь думала, что ты меня презираешь за то, что я была в руках татар.

– За что же тебя, любушка, презирать? В чем же ты виновата? Много сейчас наших русских женщин маются в татарском плену.