Львы и розы ислама

Сотни лет спустя, когда Багдадский халифат уже давно перестал существовать, правители новых княжеств и государств смотрели на них как на идеал и образец для подражания, которому должен следовать каждый халиф или султан. В правление Аббасидов, продолжавшееся ни много ни мало пятьсот лет, исламская культура обрела свое лицо, а исламское государство – окончательную форму.

Тем не менее, начало аббасидского правления было тревожным и не предвещало большого успеха. В восстании против Омейдов участвовали самые разные силы и круги, добивавшиеся противоречивых, а порой и прямо противоположных целей.

К тому же сразу после победы выяснилось, что у мятежников нет единого руководителя. Имам Ибрахим, который по замыслу восставших должен был возглавить халифат, незадолго до разгрома Омейдов был схвачен и отравлен в тюрьме кислым молоком. Перед смертью он указал как на преемника на своего младшего брата Абу-ль-Аббаса, человека малоизвестного и ничем не примечательного. В Куфу, где собрались победители, Абу-ль-Абас прибыл инкогнито.

Ситуация получалась странной: мятежники взяли власть, а имя нового халифа никто не знал. Говорили только о «скрытом имаме», который в должное время будет явлен народу. Шииты считали, что это кто-то из потомков Али, а Аббасиды не решались указать на своего Абу-ль-Аббаса, который ничем не проявил себя во время восстания. Только когда во время переговоров один из военачальников случайно узнал, что в Куфе находится брат Ибрахима, он тут же отправился к нему в дом и принес ему присягу.

За ним потянулись остальные. Так никому не известный Абу-ль-Аббас стал правителем исламской империи.

Новый халиф традиционно произнес речь в мечети Куфы, где объявил себя оплотом справедливости и мстителем, «проливающим и кровь, и благо». В это время он был болен лихорадкой, и у него едва хватило сил, чтобы закончить речь. Но слово «проливающий», по-арабски ас-Саффах, всем запомнилось и стало его тронным именем. Арабам понравилось, что Абу-ль-Аббас произнес проповедь стоя, как было принято до Омейядов.

Первом актом его правления стала прибавка жалования солдатам на 100 дирхемов в год. «Я увеличил вам жалованье, – объявил халиф, – так что готовьтесь сражаться». Однако сражаться, как скоро выяснилось, пришлось не с внешними врагами, а со своими собратьями по мятежу.

Чистки

Если верно, что история порой без видимых причин выбирает себе любимчиков или изгоев, то Аббасиды явно относились к числу первых.