Персидский гамбит. Полководцы и дипломаты

А чтобы старый друг Хусейн-Кули был сговорчивее, отряд егерей почти беспрепятственно занял передовое укрепление.

После недолгих переговоров Хусейн-Кули-хан согласился капитулировать. Сама капитуляция была назначена на 8 февраля. Казалось, что все самое трудное уже позади.

Утром назначенного дня князь Цицианов в полной парадной форме отправился принимать капитуляцию. С собой он взял лишь переводчика – подполковника князя Елизабара Эристова и казака, чтобы следить за лошадьми.

На слова Завалишина о том, что не помешала бы более многочисленная охрана, Цицианов ответил так:

– Я уже девять лет дружу с Хусейном-Кули-ханом, и большой конвой может его обидеть недоверием.

Местом встречи двух старых друзей был определен колодец в сотне саженях от крепостных ворот.

Цицианов прибыл к колодцу первым. Время шло, но Хусейн-Кули-хан все не показывался. Наместник мрачнел. Что-то складывалось не так, как планировалось.

– Елизабар! – обратился он к Эристову. – Езжай к воротам и напомни Хусейн-хану, что своей задержкой он оскорбляет представителя российского императора.

Эристов, пришпорив коня, помчался к воротам Баку, передал предупреждение Цицианова и вернулся обратно.

Наконец, из ворот выехали бакинские старейшины-беки и комендант с символическими ключами от крепости. Склонив головы в знак покорности, они преподнесли наместнику Кавказа хлеб и соль. Но ключи передавать не спешили.

– Почему я не вижу моего друга Хусейн-хана? – поинтересовался Цицианов, отламывая корочку хлеба и макая ее в соль, по старому обычаю.

– Хан боится, что вы злы на него, и не решается предстать пред вашим взором! – сообщил старший из беков.

– Зачем ему меня бояться? – удивился Цицианов. – Мы с ним старинные приятели, и я не держу на него зла. Пусть выезжает ко мне хоть с тысячным конвоем, я буду ждать его лишь с князем Эристовым! И передайте, что, в противном случае, переговоры будут прерваны, и я вернусь к бакинским стенам уже с солдатами и пушками.

Наконец из крепости выехал и сам хан в сопровождении охраны.

Цицианов еще не разжал своих объятий, как получил удар кинжалом в спину. Упавшего на землю наместника тут же безжалостно добили несколькими выстрелами в упор охранники хана. Одновременно был убит и Эристов. Уже мертвому Цицианову отсекли голову.

После этого Хусейн-Кули-хан вместе с телом и головой наместника ускакал в крепость.