Персидский гамбит. Полководцы и дипломаты

Получив эти сведения, Гудович немедленно сформировал особый отряд генерал-майора Портнягина, которому и приказал расположиться в Шурагельском султанате, в северо-восточной части Армянского нагорья.

Появление генерал-майора Портнягина встревожило находившегося по соседству властителя Эривани. После чего эриванский хан начал укреплять город и запросил помощи у персидского шаха.

Опасаясь как турок, так и наших, властитель Персии отправил одновременно двух посланцев: первого – в Константинополь с просьбою о прекращении былой вражды, второго – в Россию с предложением мирных условий.

Что касается перемирия, то персы, понятное дело, запросили его не просто так. Постоянные поражения свели на нет к тому времени боеспособность персидских войск. Разгромленные в очередной раз Небольсиным, воины Аббаса-Мирзы разбежались по домам. Воевать с русскими стало просто некому. Теперь надо было набирать войско заново, а на это нужны были деньги и время. Деньги шах хотел получить у французов или у англичан. Ну, а заключенное с русскими перемирие должно было дать фору во времени.

Под предлогом поздравления главнокомандующего шах поручил своему любимцу – правителю Гилянской области, Мирза-Мусе, предложить Гудовичу себя в посредники на переговорах.

В сентябре 1806 года Мирза-Муса прислал через Астрахань чиновника Мирзу-Мамед-Али с письмом к главнокомандующему. Предполагая, что Персия искренно желает прекратить вражду, и опасаясь наступления со стороны Турции, граф Гудович надеялся решить дело с персами миром, но генерал Несветаев выступил против:

– Это очередная персидская хитрость.

Однако Гудович считал, что персы настроены неискренне. Поэтому предложение Несветаева он опрометчиво отверг.

А французский посол в Турции генерал Себастиани уже напросился на личную аудиенцию у султана, где убедил его, что Порта больше никогда не будет иметь лучше случая для возвращения Крыма. В случае же начала войны с Россией Себастиани обещал военную помощь Франции.

«Неверные москвитяне, – гласил манифест, – внезапно нарушили договоры, нечаянно и без причины вступили в пределы Блистательной Порты и заняли Бендеры и Хотин, обнаруживая тем давно питаемые ими против мусульман вероломные намерения. Потому решено вести с москвитянами войну».

Главные силы турецкой армии, разумеется, сразу же двинулись к Дунаю.