Персидский гамбит. Полководцы и дипломаты

Итак, мне кажется, – писал Зубов, – дабы усилить торговлю сию чрезвычайным пользам России, стоит только правительству обратить на оную деятельное внимание…» Император записку прочитал, но какого-либо конкретного решения по ней так и не принял.

Если купцы и наиболее думающие генералы видели в индийском проекте политическую и экономическуую выгоду, то Цицианов, в отличие от них, был искренне влюблен в это далекое и сказочное царство. Увлечение Цицианова индийской духовной культурой – случай поистине уникальный для российского генералитета начала XIX века.

Когда однажды генерал Гуляков, случайно заметив неубранную карту Индии, подивился увиденному, наместник сказал ему так:

– Раздумываю над продвижением России в сторону индийских границ.

– А не рано ли, Павел Дмитриевич! Прежде следует еще изгнать из Закавказья персов. Как ни крути, а трон Каджаров являлся сейчас для нас главной проблемой!

– Обо всем надо думать заранее, Василий Семенович, – несколько смутившись, ответил Цицианов, экзотическую карту в рулон скатывая.

– А придет ли время-то такое? – вздохнув, спросил Гуляков.

– Обязательно придет! – решительно махнул рукой Цицианов. – Вот только с местными ханами управимся и немедля повернем штыки встреч солнцу!

– Есть ли вести от Джавад-хана Гянджинского? – перешел Гуляков к делам, более для него важным.

Дело в том, что две недели назад Цицианов отправил владетелю непокорной Гянджи письмо, предлагая решить дело миром, и вот теперь все ждали ответа.

– Вести от Джавада есть, но плохие, – вздохнул наместник. – Хан Гянджинский дерзит и клянется, что будет сражаться с нами, пока не выпадет последний волос из его бороды.

– Ишь как раздухарился-то! – усмехнулся Гуляков. – Придется посылать цирюльника с пушками и казаками!

После ухода Гулякова Цицианов бережно спрятал индийскую карту в книжном шкафу. Может, действительно он слишком торопится и мечтает о далекой Индии, когда столько еще не решенных дел на Кавказе?

Уснуть быстро в тот вечер Цицианову не удалось.

Но помимо Гянджи у Цицианова хватало проблем и в Тифлисе. Дело в том, что после официального присоединения Грузии к России началась высылка во внутренние российские губернии представителей многочисленной царской семьи, погрязших в бесконечных заговорах.