От Хивы до Памира. Последние герои Большой Игры

* * *

Вскоре после битвы за Кетмень главный отряд генерала Колпаковского двинулся к реке Хоргос, за которой, по донесениям лазутчиков, султан Алахан собирал новое войско. Состав отряда Колпаковского был весьма впечатляющ: почти семь рот пехоты, пять казачьих сотен (четыре – Сибирского войска и одна – Семиреченского), а также несколько сотен верных казахов. Артиллерия отряда насчитывала десять орудий.

Когда наш авангард перешел Хоргос, кульджийцы, увидев казаков, начали отходить к лагерю. Казаки преследовали противника, выбивая его со всех позиций, пока не обратили в полное бегство.

А дальше произошло вообще нечто невероятное. Преследуя отходивший авангард противника, казаки на кураже ворвались в главный лагерь противника у кишлака Алимту. Это вызвало невероятную панику. После этого начался совершенный разгром войска султана.

Более четырех тысяч таранчинцев в ужасе бежали во все стороны. При этом в результате боя потери казаков составили пять раненых, двое из которых остались в строю. Захватив брошенный лагерь султана Алихана у кишлака Алимту, Колпаковский двинулся к крепости Чинга-ходзи.

Утром наша пехота атаковала пятитысячное войско кульджийцев, снова обратив его в бегство. Преследуя бегущих, наши солдаты ворвались в крепость и захватили ее без боя.

То же самое произошло и со следующей крепостью – Суйдун.

После этого сибирские казаки настигли часть войск султана в долине реки Или у кишлака Баяндай. Но реального боя не получилось – кульджийцы, побросав сабли и пики, просто разбежались.

Спрятавшись в Кульдже, султан Алихан наконец-то понял, что проиграл.

20 июня Колпаковский получил его письмо с просьбой остановить наступление и начать переговоры.

– Я начну переговоры только тогда, когда мне выдадут всех преступников, грабивших российских казахов! – ответил Колпаковский переговорщикам.

21 июня Колпаковский двинулся уже прямиком на Кульджу. В пути он встретил посольство султана во главе с его старшим сыном. Тот выдал генералу одного из главных разбойников – некоего Тазабека. Следом к Колпаковскому прибыл и сам султан Алихан в окружении главных чиновников.

– Я отдаюсь в руки русского царя и прошу пощадить мой народ! – встал он на колени.