Дарданеллы (Собрание сочинений)

Албанцы, было, заупрямились, но решительность капитан- лейтенанта возымела действие и офицеров повели к дому на центральной площади деревни.

Ага появился на крыльце, приветливо поздоровался с Кологривовым, пригласил офицеров к себе, но собравшаяся к этому времени поодаль толпа, думая, что начальник хочет присвоить их добычу, ворвалась в дом и схватив моряков, потащила их в какой-то сарай, где и закрыла. У дверей для стражи несколько подростков с саблями.

– Вот тебе бабушка и Юрьев день! – сокрушенно произнес Кологривов, когда за спинами пленников опустили тяжелый засов.

– Не Юрьев, Всеволод Семеныч, а дьявольский! – подал голос мичман Миша Сафронов. – Вот уж попали так попали!

В завязавшейся драке в доме деревенского аги ему сильно разбили лицо и теперь, присев на корточки, мичман обтирал кровь рукавом рубахи. Из темноты сарая натужно блеяли козлы.

– Вот и соседи нам для компании! – нервно засмеялся Клемент. – Почти светское общество!

Заточение длилось четыре долгих нескончаемых дня.

– У, рус! У-у рус!

– Уж не наши ли ребятки? – волновался при этом всегда Кологривов, вглядываясь в мертвые белки глаз. – Нет, кажется все же это не из наших…

Тем временем возглавивший команду корвета старший офицер лейтенант Гогард, видя, что командира слишком долго нет, решил действовать сам. К действию наших моряков побуждал и голод, ведь спасти с погибшей «Флоры» не удалось практически ничего.

– Нападем на албанцев, овладеем их оружием и освободим командира! – так поставил задачу матросам Гогард.

Те были согласны. Однако едва моряки отошли на милю от берега, навстречу им показался конный отряд.

– Матерь божья! Сколь их на нас прет-то! – сжимали матросы в руках свои сучковатые дубины. – Драка, видать, предстоит сурьезная!

Всадники, а их было никак не меньше пяти сотен, стремительно приближались.

– Помирать так с музыкой! – объявил Гогард. – Камни наизготовку! Однако, не доезжая метров пятьдесят до русских моряков, конница внезапно остановилась. Вперед выехал на коне лоцман-черногорец.

– Господина капитана! – закричал он, размахивая руками. – Ту су свои!

– Чего, чего? – не понял Гогард.

– Ту су свои! Ту су свои! – не переставая, кричал лоцман.