Ведьмак

– А меня, если вылью на тебя эту рыбью похлебку, вызовешь? – захохотал голый по пояс.

– Спокойно, Десятка, – сказал Ногорн. – Раз он сказал нет, значит, нет. Пока. Ну, брат, говори, што хочешь сказать, и выматывайся. Имеешь возможность выйти сам. Если не воспользуешься, тебя вынесут половые.

– Тебе мне сказать нечего. Хочу увидеться с Сорокопуткой. С Ренфри.

– Слышали, парни? – Ногорн взглянул на дружков. – Он хочет видеться с Ренфри. А зачем, братец, позволь узнать?

– Не позволю.

Ногорн поднял голову и глянул на близнецов, те тут же сделали шаг вперед, бренча серебряными застежками высоких ботинок.

– Знаю, – вдруг сказал тот, с косой. – Вспомнил, где я его видел!

– Чего ты там бормочешь, Тавик?

– Перед домом войта. Он привез какого-то дракона на продажу, этакую помесь паука с крокодилом. Люди болтали, будто он ведьмак.

– Что такое ведьмак? – спросил голый Десятка. – Э? Киврил?

– Наемный колдун, – сказал полуэльф.

– Мы не очень обожаем колдунов, – проскрипел Тавик, не отрывая от Геральта взгляда прищуренных глаз. – Чтой-то мне сдается, Киврил, что в тутошней дыре у нас будет работы поболее, чем думалось. Их здесь не один, а ведомо, они держатся разом.

– Свояк свояка видит издалека, – зловеще усмехнулся полукровка. – И как только земля таких носит? Кто вас плодит, уродцев?

– Будь добр, повежливее, – спокойно сказал Геральт.

– Возможно, – ответил полуэльф, не переставая усмехаться. – Но я по крайней мере знал свою мать. А вот ты, ведьмак, не можешь этим похвалиться.

Геральт чуточку побледнел и стиснул зубы. Ногорн, заметивший это, громко рассмеялся.

– Ну, братец, уж такого-то оскорбления ты не можешь спустить. Кажется, за спиной у тебя меч торчит? Ну так как? Выйдете с Киврилом во двор? Вечер – скукотища.

Ведьмак не ответил.

– Засранный трус, – фыркнул Тавик.

– Он вроде што-то говорил о матери Киврила? – спокойно продолжал Ногорн, опершись подбородком на сплетенные пальцы. – Што-то страшно оскорбительное, если я верно понял. Мол, распутничала или как-то так.