Сам я родом из СССР. Воспоминания о себе любимом

Только штабные и ротные офицеры, бывало, соберутся на плацу в курилке передохнуть от тяжкой службы, потравить анекдоты, Слуцкий, спрятавшись за кустами можжевельника ка-ак рыкнет голосом комполка, те – в рассыпную, а Слуцкий выходил из укрытия, поправляя ремень с портупеей, хохотал от души. Кстати сказать, в части был ещё один пародист, которого комполка не очень-то жаловал. Случилось это на спорт площадке в выходной день. Играли в волейбол. Играл рядом с солдатами и комполка, но в спортивной одежде не был так приметен.

«Болельщиков» на скамейках сидело много. Тут мимо проходил кинолог ефрейтор Овсепян со своим любимцем овчаркой Джульбарсом. (Они друг с другом никогда не расставались). Тут один солдат крикнул кинологу (Овсепяна звали Эдиком):

–Эду! Покажи класс.

Кинолог не приметил комполка на площадке и по простоте душевной приказал собаке:

–Как ругается старшина девятой роты!

Собака подняла морду к верху и гнусавым голосом часто, часто залаяла: «Гав,гав,гав,гав,гав…»

–А как ругается начальник штаба! – скорее приказал, чем попросил ефрейтор Овсепян.

Собака стала в позу, чистым голосом два раза гавкнула: «Гав, гав».

–А как ругается командир полка, – не унимался Овсепян. Спортивная площадка замерла. Овчарка набрала полно грудь воздуха и гаркнула только один раз, но так зычно, каким-то утробным голосом. Болельщики буквально взорвались, стали падать со скамеек от смеху. Все почему-то забыли про командира полка, который стоял тут же на площадке на подаче. Он бросил мяч, снял со взмокшей головы спортивную шапочку, вытирая ею пот с лица, пошёл на встречу кинологу.

Вмиг спортплощадка стихла, да так, что слышно было как пищали комары. Полковник подошёл к ефрейтору Овсепяну, пожал ему руку и тихо, тихо (но слышали все) сказал:

–Десять суток гауптвахты. «Будет время ещё что – ни будь разучить с собачкой», – сказал комполка и удалился за пределы части.

Извините, я с этими пародистами сбился с дороги.

После присяги и концерта стали прощаться. Юля Гаврилова подошла к замполиту и попросила:

–Вы тут не обижайте нашего Воробышка (меня так ласкательно называли в хоре) Он у нас такой хороший, – девушка поднялась на цыпочках, дотянулась до моих губ и поцеловала.

–Да никогда в жизни, – вырвалось у подполковника машинально и довольно естественно. В искренности слов командира я убедился тут же, как только уехали мои друзья. Через плац, чеканя шаг, шёл сержант срочной службы Гозмавнюк, помощник командира нашего взвода.