С кортиком и стетоскопом

Накануне выхода, вечером у меня в медпункте появился штурман.

– Ну, док, как дела? Привыкаешь? Мы тут посовещались и решили, что ты мужик свойский и тайну хранить умеешь. А?

Я насторожился.

– В чем дело-то?

– Да вот, говорят, средство у тебя очень эффективное есть, а? Фролов говорил, что за полчаса из доходяги в истинного мужика превратился. Дай мне это средство в той же дозировке. Накапай в пенициллиновый флакончик с резиновой пробочкой.

– Ладно, – согласился я, гордый своей значимостью в жизни офицерского состава корабля.

Флакончик с закапанным лекарством перешел к осчастливленному штурману.

– Да, а когда употреблять-то? – скромно осведомился он.

– На Фролова за полчаса подействовало, так что употребите в эти сроки до мероприятия.

– Понял, понял, – обрадовался штурман. – Ну, спасибо, док, хороший ты человек. С понятием. Через час явился помощник командира Борис Афанасьев.

– Доктор! Штурман у тебя был?

– Был.

– Так вот, мне то же самое, в той же дозе и в той же таре.

– Вы чего, сговорились, что ли? – возмутился я.

– Не любопытствуй, молод еще. Говорят, то же самое и в той же дозе, и все тут.

– Ну, ну, ладно, – сдался я. – Время приема знаете?

– Заметано, – подобрел помощник. – Молодец ты, док, новую медицинскую струю внес в жизнь коллектив, а то Капитанов, твой предшественник, заржавел здесь, ничего его не трогало, а ты вот по-настоящему заботишься о наших проблемах.

Мое самолюбие было удовлетворено. Оценили. Штурман и помощник командира не последние люди на корабле.

Вышли в море утром и к вечеру подошли к Новороссийску, пришвартовались к стенке. Несколько офицеров сошли на берег, как оказалось позже, до утра.

Утром перед подъемом флага на шкафуте меня встретил штурман.

– О, док! – обрадовался он. – Ты молодец и средство твое классное, спасибо, друг!

Я был доволен.

– Ну что, все «окей»?

– «Окей», «окей», потом еще налей, – продекламировал штурман.

Тут же подошел помощник. Лицо его было злым, бледным и несколько одутловатым, как у человека, измученного длительным невысыпанием.

– Так вот, док! Ты только служить начал, а уже второй раз меня подставляешь, со старшим товарищем шутки шутишь!

– Какие шутки? – удивился я.

– Ты почему мне другие, чем штурману, капли накапал, а? Я на тебя так надеялся, а ты!

– Да что вы говорите! – возмутился я. – И лекарство то и доза та же!

– А почему штурман «три», а я… – И он пальцем показал «ноль».