Последняя битва маршала П. Ротмистрова. Т. 1

Люди у вас опытные, обстрелянные, им и превосходство противника не страшно…

Разговор зашел о людях.

«– Третьи сутки не выходит из боя рота старшего лейтенанта П. В. Недошивина», – говорю я комиссару.

– Сейчас ею командует политрук Ф. Г. Тарасов, Недошивин ранен. Когда немцам удалось обойти роту с флангов, Тарасов организовал круговую оборону и призвал воинов «драться до последней возможности, но не пустить фашистов на Торжок».

Только сегодня рота тридцать раз открывала огонь по танкам противника.

– Да, пока не подойдут стрелковые дивизии, – согласился со мной комиссар, – об отдыхе не может быть и речи. Только Шаталов уехал в штаб бригады, как на участке полка и его соседей немцы, подтянув свежие силы, снова перешли в наступление.

До двух батальонов пехоты с тридцатью танками сбили наше слабое прикрытие севернее села Брянцево и, обойдя левый фланг 46-го мотоциклетного полка, ворвались в деревню Каликино, взяли под обстрел Ленинградское шоссе. Левый фланг нашего полка оказался под угрозой.

Вечером полковник Ротмистров отдал приказ отвести танки за реку Тверца.

Нелегко ему было поступить так.

Мне было известно, что командующий фронтом генерал И. С. Конев возлагал на нашу танковую бригаду и ее соседей большие надежды, рассчитывал, что они сумеют с ходу ворваться в Калинин или по крайней мере удержаться на подступах к городу до подхода частей 133-й и 185-й стрелковых дивизий и вместе с ними освободить его.

Используя превосходство в силах, гитлеровцы сорвали эти планы, вынудили нас отходить. Насколько это превосходство было значительным, мы узнали из показаний захваченного в плен в районе деревни Черкассы унтер-офицера из б-й немецкой пехотной дивизии.

Он показал, что 6-я пехотная дивизия получила задачу перерезать железную дорогу Москва – Ленинград и удерживать ее до взятия Москвы.

Кроме 6-й пехотной к Калинину подошли 6-я танковая и 36-я моторизованная дивизии…

Как вывести роты из боя, незаметно отвести их на новый рубеж?

Хоть и мало осталось танков в полку, но они находятся в непосредственном соприкосновении с противником.

Он сразу заметит, если мы уйдем со своих позиций, немедленно начнет преследование.