ОНИ БОРОЛИСЬ С КОММУНИЗМОМ Т.7

ПРИВЕТ ПОЛЬСКОЙ ЛЕВОЙ ОППОЗИЦИИ!

«В течение последних лет в рядах международной левой оппозиции не раз возникал вопрос: чем объясняется, что фракция большевиков-ленинцев не находила до сих пор сколько-нибудь значительного отклика в рядах польской коммунистической партии?

У польского коммунизма – старые серьезные теоретические традиции, восходящие к Розе Люксембург.

Только четыре организации, сложившиеся до мировой войны, притом задолго до нее, вошли, как целое, в Коммунистический Интернационал: русский большевизм, польская социал-демократия, болгарские тесняки и голландская левая (мы не называем латышской социал-демократии, которая развивалась в непосредственной связи с русской, тогда как польская социал-демократия имела особое происхождение и самостоятельную позицию).

Все остальные секции Коминтерна впервые сложились, в виде ядер, либо во время войны, либо уже после нее.

Между польскими марксистами, с одной стороны, болгарскими и голландскими, с другой, существовало, однако, огромное различие.

Тесняки и левые голландцы были организациями пропаганды. Они проповедовали довольно радикальные формулы, но из рамок проповеди никогда не выходили.

Польская социал-демократия, как и большевизм, участвовала в течение полутора-двух десятилетий до войны в непосредственной революционной борьбе против царизма и капитала.

В то время, как партия тесняков создала на своей верхушке два типа: узкого и безжизненного начетчика, типа Кабакчиева, либо законченного чиновника, типа Коларова-Димитрова, старая польская социал-демократия выработала тип подлинного революционера.

Левица ППС включила, правда, в ряды объединенной компартии ряд вполне сформированных и неисправимых меньшевиков (Валецкий, Лапинский, в значительной мере, Кошева и др.).

Однако, лучшие из рабочих левицы, проделавшие школу борьбы с царизмом, быстро эволюционировали в большевистском направлении.

Перелом и здесь внес 1923 год: год бесславного поражения революции в Германии и бесславной победы московской центристской бюрократии, нашедшей опору в термидорианской волне.

Чтоб измерить падение польских эпигонов люксембургизма, достаточно сослаться на то, что Варский, когда-то ближайший ученик Розы, поддерживал в 1924 – 1927 гг. политику сталинцев в Китае и в Англии, приветствовал в 1926 г.