Георгий Гурджиев и его Вельзевул

При этом считая, что они помогут ему проникнуть в тайные доктрины суфизма.

Постепенно Г. Гурджиев выработал и свою философскую систему и назвал ее «Четвёртый путь» о ней будет рассказано далее.

В 1912—1913 гг. Гурджиев приехал в Москву, где собрал вокруг себя небольшую группу учеников.

В 1915 году он встретился с П. Д. Успенским, российским философом и журналистом, известным автором ряда работ по философии и тоже путешественником.

Знакомые Успенского, представители творческой интеллигенции, заинтересовались Гурджиевым, и небольшая группа была создана так же и в Петербурге.

И именно Успенский адаптировал (в следствии отсутствия у Г. Гурджиева классического российского образования) его «идеи» к западноевропейскому менталитету, как бы переведя их на язык, понятный западной психологической культуре.

Работая с группами учеников Г. Гурджиев в целях распространения своего учения несколько раз пытался основать учебное заведение нового типа– «Институт гармонического развития человека» – сначала в 1919 в Тифлисе (Тбилиси), затем в 1920 в Константинополе (Стамбул).

В 1921 г. Гурджиеву пришлось уехать в Германию, а затем, вслед за Успенским, он попробовал перебраться в Великобританию, однако власти не разрешили въезд в страну его приверженцам не безосновательно посчитав их агентами советских спецслужб.

В итоге, на собранные английскими группами Успенского средства, в 1922 году Г. Гурджиев купил замок в поместье Приэре, около Фонтенбло под Парижем.

Там, наконец, и был основан «Институт гармонического развития человека».

Как я уже выше отмечал Г. Гурджиев, увлекшись суфизмом и мудростью этого учения, опять же вслед за суфиями совместно со своими учениками стал культивировать так называемые «Сакральные Танцы и Движения», что сопровождалось исполнением музыки «древних традиций», которые в целом считались такими, что побуждают к «духовному поиску».

Хотя, как это ни парадоксально сам Г. Гурджиев нотной грамоты не знал!

И всю последующую обработку его «музыкальных произведений» осуществляли в дальнейшем профессиональные композиторы.

Так же доподлинно неизвестно, какие из этих «Сакральных Движений» являются точным (насколько это было возможно) воспроизведением древних «Сакральных Танцев», которые Гурджиев «видел или в которых принимал участие во время странствий», какие из них созданы им самим на основе полученных знаний и опыта, а какие являются некой комбинацией первого и второго.