Комбат по прозвищу «Снежный Лис»

А когда они выпьют, пожалуется на одиночество и полезет обниматься. Перед этим отпустит пару неуклюжих комплиментов и сообщит, что Кира ему очень нравится. А дальше раздевайся и ложись с ним – как-никак, а он её начальник. Командир отдельного штурмового батальона, а она всего лишь медсестра.

Она не ошиблась. Шестаков налил в кружки, правда, не рома, а вина из тёмной трофейной бутылки.

– Ну что, выпьем за победу, Кира Николаевна?

– Вам от жены давно писем не приходило? – принимая кружку, спросила медсестра, глядя в упор на капитана.

– Давно, – коротко отозвался Шестаков и одним глотком опрокинул кисловато-терпкое вино.

– Письма сейчас долго идут, особенно зимой в бездорожье.

– Долго, – кивнул комбат.

– Ну а вы хоть домой пишете?

Он встал, одёрнул гимнастёрку с двумя нашивками за ранения, орденом Красной Звезды и медалью «За отвагу».

– Допивайте вино. Вроде неплохое. И отдохните, пока время есть. В ночь, судя по всему, двинемся.

– Мне у вас в блиндаже отдохнуть или к себе можно пойти?

– Идите к себе.

– Тогда разрешите удалиться, – тоже поднялась медсестра. – Если можно, конечно.

– Да не язвите вы, Кира. Никто к вам не навязывается. Нет причин на меня так смотреть.

Красивая медсестра Замятина неторопливо надела полушубок, затянула портупею и набросила на плечо санитарную сумку. С едва уловимой усмешкой козырнула и аккуратно закрыла за собой дверь.

Ну вот, не получился полевой роман… Хотя Шестаков на что-то рассчитывал.

Вместе с пятилетней дочерью она осталась в военном городке под Брестом. Эвакуироваться не сумела, иначе дала бы о себе знать. Могла попасть под бомбёжку и погибнуть вместе с дочерью. Да мало ли что случается на войне. Полтора года прошло. Боль временами накатывает, иногда хочется забыться. Например, как сейчас. Не получилось.

Одному оставаться в просторном блиндаже было тоскливо. Послал ординарца за Калугиным. Затем пришёл командир десантной роты Павел Мельник и сообщил, что немецкие наблюдатели замаскировались на соседнем холме.

– Ну, с этим пусть командир пехотного полка разбирается, – отмахнулся Шестаков. – Давайте отдыхать.

– Можно бы граммов по сто выпить, – предложил Калугин. – И на боковую.

Предложение самого старшего по возрасту командира роты приняли единогласно.