Цири (сборник)

– Вот и видно, – в абсолютной тишине сказал Золтан Хивай, – что ваше неопровержимое доказательство – коту под хвост, благочестивый. Ну, какой еще у вас довод в запасе? Может, кошка? Хорошо б было, мы б свели парочку, расплодили, ни один грызун до амбара на расстояние полета стрелы не подойдет.

Несколько кметов хихикнули, несколько других, в том числе староста Эктор Ляабс, открыто захохотали. Жрец покраснел.

– Я тебя запомню, паршивец! – крикнул он, тыча пальцем в краснолюда. – Безбожный кобольд! Порождение Тьмы! Ты откуда тут взялся? Может, и ты с вампиром вась-вась? Погоди, покараем ведьму, возьмем тебя на допрос! Но сначала над чаровницей суд учиним! Подковы уже поклали в уголья, поглядим, что грешница запоет, когда у нее мерзопакостная шкура зашипит.

Ручаюсь, сама в преступном чаровстве признается. Нужно будет другое доказательство, когда признается?

– А нужно будет, нужно, – сказал Эктор Ляабс. – Потому как если вам, благочинный, раскаленные подковы к пяткам приложить, так, уверен, вы признаетесь даже и в греховном с кобылой сожительстве.

Тьфу! Вы – божий вроде бы человек, а словно живодер болтаете!

– Да, я – божий человек, – взвился жрец, перекрывая усиливающийся шум. – В божественную верую справедливость, кару и отмщение! И в божий суд! Пусть встанет ведьма пред божьим судом…

– Прекрасная мысль, – громко прервал ведьмак, выходя из толпы.

Жрец смерил его злым взглядом, кметы, перестав шептаться, глядели, раскрыв рты.

– Божий суд, – начал Геральт в полной тишине, – это абсолютно верное и совершенно справедливое дело.

Ордалии признаны равно светскими судами и имеют свои правила. Правила эти гласят, что в случае обвинения женщины, ребенка, старика либо человека неполноценного перед судом может стать защитник. Я верно говорю, староста Ляабс? Так вот я объявляю себя защитником. Огородите ристалище. Кто уверен в виновности этой девушки и не боится суда божьего, пусть выйдет на бой со мной.

– Ха! – воскликнул жрец, все еще не сводя с него глаз. – Не слишком ли хитро, милостивый государь незнакомец? На поединок вызываешь? Сразу видно, что ты резник и рубака! Своему бандитскому мечу хочешь доверить суд божий?

– Если вам меч не нравится, благочестивый, – медленно проговорил Золтан Хивай, вставая рядом с Геральтом, – и если этот человек вам не подходит, так, может, я сгожусь? Извольте, пусть обвинитель девки выходит со мной на топоры…

– Или со мной на луки.

 – Мильва, прищурившись, тоже подошла к Геральту.