Цири (сборник)

– Теперь видишь, на что я гожусь, – сказала дрожащим от бешенства голосом лучница, растирая кулак. – Кто из нас хват, а кому в руки ухват? Ничего нет вернее кулачного боя. После него все становится ясно. Кто молодец и хват, тот на ногах стоит, кто дурень и слабак, тот на земле лежит. Я верно говорю, кметы?

Крестьяне не торопились подтверждать, а, раскрыв рты, пялились на Мильву. Тот, что в фетровом колпаке, опустился перед длинноволосым на колени и легонько пошлепал его по щекам. Впустую.

– Убит, – ахнул он, поднимая голову.

– Я не хотела, – шепнула Мильва, опуская руки и бледнея от ужаса. А потом сделала то, чего от нее никто и ожидать не мог.

Отвернулась, покачнулась, оперлась лбом о менгир, и ее бурно вырвало.

– Что с ним?

– Легкое сотрясение мозга, – ответил Регис, вставая и застегивая торбу. – Череп цел. Он уже пришел в себя. Помнит, что случилось, помнит, как его зовут. Это хорошо. Бурная реакция госпожи Мильвы была, к счастью, безосновательна.

Ведьмак взглянул на лучницу, сидевшую неподалеку у камня и уставившуюся вдаль.

– Это не кисейная барышня, чтобы реагировать так бурно, – буркнул он. – Вину тому я приписал бы скорее вчерашнему самогону с «белладонной».

– Ее уже и раньше рвало, – тихо заметил Золтан. – Позавчера, на ранней заре. Все еще спали. Я думаю, это из-за грибов, которые мы жрали в Турлуге. У меня тоже живот два дня болел.

Регис странно глянул на ведьмака из-под седеющих бровей, загадочно улыбнулся и закутался в черный шерстяной плащ.

– Как ты себя чувствуешь?

– Отвратно. Что с кметком?

– Ничего страшного. Пришел в себя. Однако Регис запретил ему вставать. Крестьяне сооружают люльку, отвезем его в лагерь между двумя лошадьми.

– Возьмите моего вороного.

– Мы взяли гнедого и Пегаса. Они помягче. Вставай, пора в путь.

Теперь выросшая количественно группа напоминала похоронную процессию и тащилась в столь же похоронном темпе.

– Что скажешь об их вампире? – спросил ведьмака Золтан Хивай. – Веришь в эту историю?

– Я не видел убитых. Ничего сказать не могу.

– Явная липа, – убежденно заметил Лютик. – Кметы говорят, что убитые были разорваны. Вампиры не разрывают. Прокусывают артерию и выпивают кровь, оставив два четких оттиска клыков. Очень часто жертва выживает. Я читал об этом в специальной книге. Были там и гравюры, изображающие следы вампирьих укусов на лебяжьих выях девушек.