Обязан побеждать

Не оставлял «тройной глаз» (три члена экипажа) и мелкие объекты: движущиеся на передовую автомашины то ли с живой силой, то ли с боеприпасами, и по ним била дальнобойная артиллерия или утюжили штурмовики-истребители. Один из них и напал на полуторку. Лейтенант видел, как «фоккер» спикировал и сбросил бомбу, но промахнулся, полуторка осталась целой. Но вражеский самолёт далеко не ушёл, развернулся и снова ринулся на них в атаку. Длинная пулемётная очередь на этот раз резанула по кабине. Шофёр вскрикнул и, окровавленный, выбросился из кабины, а грузовик стал заваливаться на правый бок под крутой откос.

– Прыгаем! Смелее!

Лейтенант схватил девушку за пояс и, можно сказать, выбросил её из невысокого кузова, и сам выпрыгнул следом. Грузовик, раскидывая ящики, дважды перевалился через правый борт и уткнулся в густые заросли бузины всё тем же правым бортом.

– Таня, вы живы? Ушиблись? – спросил Белухин.

– Ушиблась, но до свадьбы заживёт, – ответила она и бросилась к шофёру.

Он дышал, но из двух ран на груди хлестала кровь.

– Отнесём тело к машине. Берём, сколько сможем, банок с патронами, вы – автоматы, я – «дегтярь» с дисками и – в полк. Там идёт бой. Вечером вернёмся, соберём все ящики, – распорядился лейтенант.

Санинструктор не возражала. Слегка прихрамывая, она помогла Косте перенести труп шофёра к машине.

Глава 2

На передовой стоял ад. Полк отбивал очередную танковую атаку озверевшего врага. Его бесило упорство русских, стойко оборонявших неделю стратегическое направление, где вдоль железной дороги проходило широкое гравийное шоссе. У красноармейцев катастрофически не хватало солдат и командиров, выбитых беспрерывными атаками немцев; боеприпасов, которые, казалось, постоянно подвозили на машинах и подводах ночами; орудий, разбитых бомбёжками и артиллерией противника; каши, сухарей и махорки.

В эту горячую минуту санинструктор и лейтенант с «дегтярём» и коробками с патронами нырнули в штабную землянку полка, скрытую в лесу. В неё упиралась извилистая, отрытая в полный профиль траншея.

Заместитель командира полка, а теперь вынужденно командир, что-то кричал в телефонную трубку и смотрел на распахнувшуюся дверь, в которую со всей силой ворвался грохот боя.