Божьи воины [Башня шутов. Божьи воины. Свет вечный]

Названная Ягной темноволосая рыгнула, черный кот мяукнул, холерические глаза подростка в венке зажглись злым огнем.

– Прощения просим за вторжение, – поклонился Шарлей. Он был бледен, но держался неплохо. – Просим прощения у уважаемых и весьма любезных дам. И просим не беспокоиться. Никаких церемоний. Мы здесь случайно. Совершенно неумышленно. И уже уходим. Нас уже нет. Если милые дамы позволят…

Рыжеволосая подняла из кучи череп, высоко подняла его, громко проговорила заклинание. Рейневану показалось, что он распознал в нем халдейские и арамейские слова.

Череп защелкал челюстями, взлетел в воздух и со свистом помчался по-над вершинами сосен.

– Ёдово, – безо всяких эмоций повторила рыжая. – К тому же говорящее… Будет оказия поболтать за трапезой.

Шарлей еле слышно выругался. Женщина плотоядно облизнулась и впилась в Рейневана и Шарлея глазами. Дольше тянуть было невозможно. Рейневан набрал побольше воздуха в легкие.

Коснулся рукой темени. Правую ногу согнул в колене, поднял, переплел сзади с левой, левой рукой ухватил носок башмака, и хотя раньше он делал так всего лишь дважды, все прошло на удивление ловко.

Достаточно было на минуту сосредоточиться и пробормотать заклинание.

Шарлей выругался опять. Ягна рыгнула. Глаза рыжеволосой расширились.

А Рейневан, не меняя позы, немножко приподнялся над землей. Невысоко, самое большое на три-четыре пяди. И ненадолго. Но и этого было достаточно.

Рыжеволосая подняла глиняный кувшинчик, солидно отхлебнула из него раз, потом другой.

Девочку не угостила. Ягна жадно протянула руку, но рыжеволосая сразу же убрала кувшин из поля досягаемости когтистых пальцев. При этом она не спускала с Рейневана светлых глаз с двумя черными точечками зрачков.

– Ну, ну. Кто бы мог подумать! Магики, самые настоящие магики. Первый разряд. Толедо. Здесь. У меня. У простой ведьмы. Какая честь. Подойдите, подойдите поближе. Не бойтесь. Надеюсь, вы не восприняли всерьез шутку о ёдове и каннибализме. Э? Надеюсь, не приняли это за чистую монету?

– Нет-нет, что вы, как можно, – поспешно заверил Шарлей, так спешно, что было ясно – лжет.

Рыжеволосая фыркнула.

– Так чего же, – спросила она, – ищут в моем бедном закутке господа чародеи? Чего желают? А может…

Она замолчала и рассмеялась.

– А может, господа чародеи просто-напросто заблудились? Спутали дорогу? Пренебрегли магией из-за чисто мужского высокомерия? И теперь то же самое высокомерие не позволяет господам чародеям признаться.