Божьи воины [Башня шутов. Божьи воины. Свет вечный]

Лес стоял тихий, ничто в нем не шуршало и не пищало, вся живность либо испугалась заклинаний, либо – что больше походило на правду – просто угомонилась. Рейневан для верности кинул в огонь остатки трав.

– Завтра, – спросил он, – доберемся уже, надеюсь, до Свидницы?

– Несомненно.

У езды по бездорожью оказались, как выяснилось, свои недостатки. Например, выехав на дорогу, они никак не могли сообразить, откуда и куда она ведет.

Шарлей постоял немного над оттиснувшимися в песке следами, рассмотрел их, ругаясь себе под нос.

Рейневан пустил лошадь к придорожной траве, сам посмотрел на солнце.

– Восток, – рискнул он, – там. Значит, нам скорее всего надо туда.

– Не умничай, – обрезал Шарлей. – Я как раз изучаю следы и определяю, куда направлено основное движение. И утверждаю, что нам надо… туда.

Рейневан вздохнул, потому что Шарлей указал в ту же сторону. Он потянул лошадь и двинулся вслед за демеритом, бодро шагавшим в избранном направлении. Спустя некоторое время вышли на распутье.

Четыре совершенно одинаково выглядевшие дороги вели на четыре стороны света. Шарлей гневно заворчал и снова наклонился над оттисками подков. Рейневан вздохнул и начал искать глазами травы. Походило на то, что без магического навенза не обойтись.

Кусты зашевелились, лошадь фыркнула, а Рейневан подпрыгнул.

Из зарослей вышел, подтягивая штаны, дед, классический представитель местного фольклора. Один из бродячих попрошаек, сотнями выпрашивавших подаяние у женских монастырей и еду по корчмам и крестьянским дворам.

– Слава Иисусу Христу!

– Во веки веков, аминь.

Дед, разумеется, выглядел как положено типичному нищему. Его сермяга была испещрена разноцветными латками, лыковые лапти и кривая клюка говорили о том, что их владелец исходил немало дорог. Из-под драной шапки, материал для которой поставляли в основном зайцы и кошки, выглядывали красный нос и всклокоченная борода. В руке дед нес волочащуюся по земле торбу, а на шее – висящую на веревке оловянную кружку.

– Помоги вам святой Вацлав и святой Винцент, святая Петронелла и святая Ядвига, покровительница…

– Куда ведут эти дороги? – прервал литанию Шарлей. – Которая будет в Свидницу, дедушка?

– Э-э-э? – приложил дед ладонь к уху. – Чего говоришь?

– Куда, спрашиваю, дороги ведут?

– А-а-а… Дороги… Ага… Знаю! Вот энта идеть на Ольшаны… А та к Свебодзицам… А вон та… Это… Ну… Подзабыл, как ево…

– Не важно, – махнул рукой Шарлей. – Я уже понял.