Рваные души

Он грабит, убивает, насилует наш народ, ваших родных и близких! Наши братья и сестры, матери и отцы находятся под игом проклятого врага! Вдумайтесь, как тяжело им там без нашей помощи! Как сильно они нас зовут, просят освободить от германца, пришедшего на нашу с вами землю!

С этой минуты вы становитесь солдатами первого батальона 27-го стрелкового Сибирского полка. И я, ваш командир, Новицкий Владимир Федорович, с этой минуты заменяю для вас отца, мать и господа Бога. Все, что я сейчас скажу, должно выполняться беспрекословно.

И от этого беспрекословного подчинения зависят ваши жизни. Мне плевать, кем вы были в прошлой жизни, сейчас вы все для меня равны.

Завтра у вас первый бой, – продолжил он более спокойным голосом, однако так, чтобы было слышно всем, – после небольшой артиллерийской подготовки мы начнем атаку. Каждый из вас будет находиться в цепи. И от вашей слаженности, от вашей скорости и от вашей обученности зависят наш общий успех и ваши жизни.

Владимир прошелся вдоль строя, выдерживая небольшую паузу, чтобы дать солдатам осознать неизбежность происходящего и поверить в серьезность его слов, затем он начал говорить резко, по-деловому:

– После того как ваши командиры дадут сигнал к атаке, ваша самая первая и главная задача будет заключаться в том, чтобы вылезти из окопа и занять свое место в цепи.

Из строя раздался легкий смешок.

– Кто смеялся, немедленно выйти из строя на два шага! – рявкнул Владимир.

Последовала небольшая пауза, затем из строя неуверенно вышел солдат.

Владимир подошел поближе. «Типичный доброволец, попавшийся на удочку ловких агитаторов, романтик сопливый», – с неприязнью думал Владимир, осматривая вышедшего солдата. Солдат был молодой, на взгляд ему не дашь более двадцати лет. Высокий и тощий, от этого немного сутулый, что только подчеркивала сидящая на нем мешковато шинель. Но в глазах читался молодой, еще не закостеневший от обыденности ум, свойственный студентам или начинающим инженерам.

– Фамилия?!

– Рядовой Румянцев, – ответил солдат, смело глядя в глаза Владимиру.

– Как оказались в армии?

– Пошел добровольцем. До этого учился в Михайловском артиллерийском училище, отчислен после первого курса!

– Причина отчисления?

– Личные обстоятельства. Ваше благородие, позвольте не распространяться на эту тему, здесь замешана честь дамы.

Румянцев отвечал четко, лаконично и грамотно, что понравилось Владимиру. Однако последняя фраза о чести дамы сразу изменила его отношение к говорящему.