Божьи воины

– И этот doctor medicinae,?– догадался Шарлей,?– ввел тебя в конгрегацию магиков, собирающихся в аптеке «Под архангелом». Ту, к которой мы сейчас приближаемся.

Шарлей правильно догадался. Они были на Суконнической, аптеку уже было видно за рядами прядильных и ткацких мастерских и мануфактурных лавок. Над входом высоко над дверью нависал эркер с узенькими оконцами, украшенный деревянной фигурой крылатого архангела. Фигуру достаточно крепко погрызли зубья времени, и трудно было узнать, который это из архангелов.

Рейневан никогда не спрашивал. Ни в первый раз, когда Фраундинст привел его сюда в 1426 году, в четверг, пришедшийся на день казни Иоанна Крестителя[42 - Иоанна Крестителя обезглавили 29 августа.], ни позже.

– Прежде чем мы войдем,?– Рейневан снова остановил Шарлея,?– еще вот что. Просьба. Очень прошу тебя сдерживаться.

Шарлей топнул, чтобы оторвать от башмака остатки кучи, на первый взгляд вроде бы собачьей, хотя уверенности не было, кругом вертелись и дети тоже.

– Мы,?– проговорил с нажимом Рейневан,?– кое-что должны Самсону.

– Во?первых,?– Шарлей поднял голову,?– ты это уже говорил. Во?вторых, это не подлежит сомнению. Он наш друг, этих слов вполне достаточно.

– Я рад, что ты так к этому подходишь. Веришь или не веришь, сомневаешься или нет, но смирись с фактом. Самсон заперт в нашем мире. Он словно инклюз заключен в чуждую ему телесную оболочку, согласись, не самую лучшую. Он делает все, чтобы высвободиться, ищет помощи… Быть может, наконец найдет ее здесь, в Праге, «Под архангелом», быть может, именно сегодня… Потому что как раз…

– Потому что как раз,?– с легким признаком нетерпения прервал демерит,?– прибыл из Зальцбурга и остановился «Под архангелом» всемирной славы магик, magnus nigromanticus[43 - великий мэтр черной магии (лат.

).]. То, что не удалось пражским колдунам, быть может, удастся ему. Ты об этом уже говорил. По меньшей мере несколько раз.

– А ты всякий раз фыркал и строил ехидные мины.

– Это у меня непроизвольно.

Так я реагирую, когда слышу о магии, об инклюзах…

– Поэтому я прошу тебя,?– довольно резко отрезал Рейневан,?– сегодня сдержать свои порывы. Чтобы ты, помня о дружбе с Самсоном, не фыркал и не строил мин. Обещаешь?

– Обещаю. Не буду строить мин. Лицо мое – камень. Ни разу, пусть накажет меня Бог, не рассмеюсь, когда речь пойдет о чарах, о демонах, о параллельных мирах и бытиях, об астральных телах, о…

– Шарлей!

– Молчу. Заходим?

– Заходим.