Формула любви

Но мне не давали играть настоящую музыку. Я не знаю почему. Ведь гаммы и этюды – это механика, а Моцарт, Шопен, Бах – это искусство. И потому я сама начала подбирать на слух. У моей подружки оказалась хорошая коллекция пластинок. Я брала некоторые из них у нее на время, слушала, подбирала. И вот, настал день, когда я могла сыграть что угодно. Мои пальцы не боялись ни классики, ни рок-н-рольных «Битлз» и «Роллингов», ни черного джаза. Я вырвала у жизни уровень «Волшебник» и стала феей музыки. Но это забавляло меня совсем недолго.

Вот тут-то пришло первое разочарование. Мне некуда было расти дальше, думала я. Наскучило, надоело. Все это вдруг, в один день стало неинтересно, и я бросила все свои занятия музыкой. Навсегда.

В принципе, это первое разочарование и положило начало моей скуке. Я опять что-то начинала, доходила до самого верха и бросала, потому что не пыталась открыть что-то новое в уже созданном.

– Значит, ты тоже творческий человек.

– Ты и правда веришь в то, что говоришь? – Ее губы дрогнули, скривившись в улыбке.

– Все, что ты рассказала…

– Жизнь банальна, если ты не можешь открыть в ней новые грани. А если гениальный человек, что так гениален во всем, не хочет развиваться дальше, то он обычный жлоб, как и все остальные.

Я пожал плечами.

– Ты сумел двигаться дальше. Я рада. Я правда рада! Идем?

Она затушила недокуренную сигарету прямо о блюдце, встала, подхватила свою сумочку.

– Идем. – Я сделал знак официанту, бросил деньги на стол.

Мы вышли в вечерний Манхеттен. Клерки, менеджеры среднего звена спешили домой. В офисах постепенно гас свет – квадратные окна погружались в темноту одно за другим. В Большом яблоке постоянно чувствуешь себя маленьким червяком. Толпа становилась, то больше, то почти рассасывалась. Все они спешили из своих пропахнувших кофе и озоном офисов домой – к уюту, теплу, большому телевизору в гостиной. Лишь мы с Дианой словно бы нарушали их ритм, сбивая с такого правильного распорядка, заведенного однажды.

Диана обернулась в мою сторону и одними губами произнесла:

– Я хочу тебя!

* * *

Я продолжал смотреть вдаль даже когда желтое такси Дианы скрылось из вида. Солнце медленно садилось в океан, заливая ярким оранжевым светом вечереющий Манхэттен. Сотни людей покидали свои душные офисы, наполняя улицу шумом голосов и серыми пиджаками.