Амана звали Эйхман. Психология небанального убийцы

Он поднялся со своего места, подошёл к другой машине, жестом приказал эсэсовцу посадить меня в машину, затем вернулся к своей машине. Мне сказали, что этим офицером был Адольф Эйхман.

Примерно через полчаса мы подъехали к дому на окраине города. Эйхман вышел из машины, вошёл в здание и исчез. Через несколько мгновений эсэсовец жестом показал мне выйти из машины и последовать за ним.

Он провёл меня через ту же дверь, через которую прошёл и Эйхман. Внутри мы прошли через два других дверных проёма. Солдаты с винтовками охраняли каждый вход и выход.

Оказавшись в третьей комнате, мы вошли в огромную комнату. Это был офис Эйхмана. Он сидел за огромным столом из красного дерева, а на стене позади стола висела большая фотография Гитлера. По два солдата стояли у каждой двери, пока Эйхман отдавал приказы стоявшим перед ним эсэсовцам.

Он выкрикнул ещё один приказ одному из охранников у двери, и дверь распахнулась. Пятеро солдат привели двух мальчиков. Одному было тринадцать лет, а другому около восьми.

Другой охранник вошёл из другой двери с маленьким семимесячным младенцем, который всё время хныкал. И ребёнок, и мальчики выглядели так, как будто они месяцами не ели полноценного обеда.

Эйхман повернулся ко мне и сказал: «Ты запомнишь меня после этого дня».

Затем он приказал одному из эсэсовцев «преподать этим евреям урок».

Я понятия не имел, что имел в виду Эйхман, но позже узнал, что два мальчика ударили одного из солдат, когда солдат ударил старую женщину прикладом своей винтовки.

Два мальчика молча стояли в ожидании своей участи. Один из эсэсовцев вынул изо рта сигарету и направился к восьмилетнему мальчику. Двое других эсэсовцев схватили мальчика и протянули ему руку на столе.

Затем эсэсовец прижал зажжённую сигарету к руке мальчика, и воздух наполнился запахом горящей плоти. Мальчик кричал, но сигарета была крепко прижата к его руке. Мальчик мотал головой во все стороны, его лицевые мышцы напряглись от боли.

Минуты через три ребёнок потерял сознание.

Сигарету вынули, и один из солдат вынес мальчика из комнаты. Другой подросток попытался отодвинуться от своего охранника, но его удерживали.

Один из эсэсовцев щёлкнул огромной зажигалкой на столе Эйхмана и приставил иглу для обивки мебели к пламени. Он держал её там, пока игла не засветилась. Затем он подошёл к тринадцатилетнему мальчику и воткнул ему иглу в глаз. Ребёнок не потерял сознание, но продолжал кричать, когда его выводили из комнаты.