Штурм Грозного. Анатомия истории терцев

Селение это входило во владения княгини Анны Васильевны, пожалованные еще «великим государем» ее сыну Иоанну. Селение, как селение: потемневшие курные[10 - Курные избы – избы с печами без труб, дым выходил через дверь и окна.] избенки, покрытые побуревшей соломой, растасканные плетни вокруг скудных огородов. Оконца задвинуты доской или затянуты брюшиной. Далее за огородами виднелись одонья [11 - Одонья – копны хлеба в снопах.] ржаных снопов с острой обвершкой. Но жители называли его станицей. Огорожена она была высоким частоколом.

Сквозь открытые ворота особо выделялся теремок, покрытый дранью. В нем жил староста, которого жители уважительно называли атаманом.

В том месте, где река делала поворот, на берегу располагалось несколько черных бань, хлебные овины, водяная мельница, а за ними роща переходила в бор с вековыми соснами и елями, в котором были разбросаны сторожевые засеки, на которых несли службу казаки.

Ранним солнечным утром из теремка вышел озабоченный староста – старый казак Щедра и, постукивая палочкой, побрел, поблескивая недовольными глазами, по улице станицы.

Он шел мелкой походкой, шаркая широкими сапогами. Около первого дома остановился, постучал палкой в маленькую оконницу.

– Степка, выглянь-ка сюда.

Ставня отодвинулась, из черного квадрата вырвался клуб кислого пара и показалось лицо казака.

– Чего еще надо, Андрей Исаевич?

– Пройди к правлению. Там узнаешь кой-чего. Отписку я получил из Рязани.

Староста пошел дальше по станице. У некоторых изб он останавливался, стучал палкой, приглашая казаков к себе во двор.

Казаки выскакивали на улицу и, накинув кафтан, шли гурьбой к дому атамана.

Собравшись у крыльца его дома, они глухо переговаривались.

– От этой отписки добра не жди, – говорили в толпе. – Или опять жалованье задержат, или еще какую службу навяжут, а то, может, надумали и чего похуже.

В стороне сгрудились несколько баб в цветных сарафанах и красных полинялых платках. С тревогой они ожидали, что грозило их мужьям.

Атаман вышел на крыльцо и окинул цыганскими с желтизной глазами собравшуюся толпу.

Рядом с ним стоял рыжеволосый, рябой, в кафтане посадского покроя человек. Он держал бумажный свиток.

– Детушки! – выкрикнул он высоким сильным голосом. – Господин наш, Великий государь Василий Иоаннович, за здоровье коего мы, его людишки и сиротинушки, усердно молим Бога, прислал вот эту бумагу. Для защиты ее верных наших земель вам предлагается переселиться в Суздальскую землю.