Дело рук Сталина. Том 3

Например, о добре и зле, свободе и равноправии. Надо зафиксировать: толитаризм – это зло, поскольку исходит из того, что человек – это средство для достижения любой цели режима.

1 февраля 2011 председатель президиума общественного Совета по внешней и оборонной политике Сергей Караганов, на встрече с президентом России Дмитрием Медведевым, предложил принять общенациональную государственно-общественную программу «Об увековечении памяти жертв тоталитарного режима и о национальном примирении». Сергей Караганов называл термин «десталинизация» неточным и неправильным.

Это не точно и политически неправильно, хотя суть проекта, естественно, и в десталинизации, и в декоммунизации российского общественного сознания и самой нашей страны. Термин «десталинизация» уводит от истины, от сути того режима, наследие которого нужно ещё долгие годы преодолевать, и от сути той трагедии, которую пережил народ. Общество не может начать уважать себя и свою страну, пока оно скрывает от себя страшный грех – 70 лет тоталитаризма, когда народ совершил революцию, привёл к власти и поддерживал античеловеческий, варварский режим.

[Попросту, надо разделить декоммунизацию, суть которой – правильное понимание истории страны после 1917 года, и десталинизацию – осуждение террора, массовых репрессий и лично их творца. – Авт.]

Доктор исторических наук Андрей Зубов высказался, что десталинизация должна стать лишь частью декоммунизации…

А поскольку совершенно ясно, что Сталин – это ужасная фигура, тиран, соизмеримый с Гитлером по жестокости, по количеству пролитой крови, по количеству несправедливостей и преступлений, то, разумеется, десталинизация сознания необходима, без этого не будет выздоровления общества.

Но мы должны говорить и ещё о двух очень важных вещах, без которых десталинизация просто не произойдёт. Первое и самое главное: на самом деле должна произойти декоммунизация общественного сознания, аналогичная денацификации сознания в послевоенной Германии.

Член правления «Мемориала» Валентин Гефтер:

"За почти 60 лет после смерти Сталина мы так и не расстались с его эпохой – как-будто Сталин умер только вчера.