Дело рук Сталина. Том 1

Кстати, вдохновляет и то, что изданная ранее автором помещённых здесь повестей книга о блокаде Ленинграда, по отзывам некоторых читателей, помогла им по-настоящему понять, что это было (См. отзывы в приложениях в конце книги).

Если на создание этой книги нужны были годы, по сути дела – целая долгая жизнь, и именно в то время, то на знакомство с ней и усвоение содержания читателю достаточно некоторого числа дней. В этом и есть её особенная польза.

И подчёркиваю, – без неспешного повествования, без повторения главных сведений и мыслей могло ничего не получиться.

Так что не судите за это, а поймите, что это делалось сознательно. Ведь известно, что «повторение – мать учения». И если вы будете читать особенно внимательно, то заметите, что дословного повторения нет нигде, а есть вариации изложения сходных сведений. А это оправдано и сложностью темы, и неоднозначностью её понимания, и необходимостью именно осветить сложную и очень важную проблему исчерпывающе многогранно.

Ведь суть в том, что поставлена сложнейшая задача: доходчиво и исчерпывающе объяснить ошибочность теорий, изложенных в своё время теми, чьё учение затем перевернуло мир, и – заблуждения последующих действий нескольких поколений в России в XX веке и совершённые при этом многочисленные кровавые преступления, из-за которых и история всего человечества стала совершенно иной.

И дело в том, что если в других книгах стремятся до самого их конца сохранять что-то недосказанное, то здесь наоборот, стремление сразу предупредить читателя, что именно ему предстоит прочесть, чтобы его подготовить.

В конечном итоге задача – в том, чтобы те, кто и без того всё это понимают, убедились окончательно в своей правоте, а те, кто продолжают заблуждаться, или, выражаясь мягче, имеют иное мнение, сумели бы переосмыслить наше прошлое, как это уже сделал автор книги, а затем постарался доходчиво объяснить другим.

Расчёт на то, что читатель за время прочтения будет не просто читать сведения, а рассуждать сам, осмысливать, что же это было на самом-то деле.

Ведь надо иметь ввиду, что до революции и Ленин был другим, и даже сам не мог бы представить, что ему придётся тоже быть «кровавым», ибо без крови революции не бывают.

А оценивая Сталина и сталинизм, можно представлять себе, что до того именно и были те репрессии, которые неизбежны при революции.