Неизвестный Янгель. Создатель «Сатаны»

Главный конструктор ракетно-космических систем, академик, дважды Герой Социалистического труда заслужил право на бессмертие.

Часть первая

Конструктор

Жизнь ему всегда казалось странной, неожиданной, непонятной, но всегда прекрасной. Просто он умел искать и находить самое увлекательное, самое таинственное и непонятное. Но главное – он искал нестандартные решения, и это в конце концов и приводило к успеху. А разве иначе можно стать великим конструктором?!

1

На реке слышны голоса.

– Есть! – кричит то один, то другой ныряльщик, и вот уже летит по воздуху черный комочек на берег.

Наконец слышится команда:

– У автобусу-у! Пора-а!

Было так хорошо, как бывает только с настоящими друзьями, когда и разговаривать интересно, и молчать славно.

До старта ракеты оставалось два дня.

Мы, журналисты, приехали вместе с учеными на космодром, чтобы присутствовать при запуске первого спутника серии «Интеркосмос».

Потом будет много пусков. Уйдут в небо юбилейные «Интеркосмосы», поездки на космодром станут обыденными, но каждый раз в канун старта микроавтобус повезет всех на озера. Сейчас работает стартовая команда, идет заправка ракеты. Ученым там делать нечего, вот и отправляются они на рыбалку. Традиция такова. Там, далеко от монтажно-испытательного корпуса и стартовых площадок, легче скоротать время, а здесь, в городке, оно тянется бесконечно.

Мы возвращаемся, и часы кажутся неделями – так медленно отстукивают время стрелки хронометра.

Две недели яростного труда, последний рывок перед пуском… Потом спутник уходит в космос, и ученым остается только ждать, как будет работать аппаратура уже на орбите. Их прибор, их передатчик.

Мы разговариваем о чем угодно, кроме как завтрашнем дне. Правда, изредка кто-нибудь срывается…

– Вы представляете, – Борис Вальничек держит паузу… – Через двенадцать часов…

– Не надо.

– Ладно, не буду, – Борис замолкает на минуту и предлагает мне:

– Погуляем?

Я киваю.

Мы выходим на улицу. Теплый тихий вечер. Молча идет по аллее.

О чем он думает?

Я искоса поглядываю на Вальничека. Он смотрит вперед, туда, где далеко-далеко горит огонек. Одинокий фонарь, который почему-то не погашен в этот поздний час.