Ушедшие в вечность

Лишь два или три раза прилетал на небесной лодке к кривичам Великий Свар, да столько же навещала их Лада-матушка. Да давно это было, когда и сам Гридай желторотым мальцом был. И всё же кое-какие воспоминания всплыли в его памяти.

Да, рассказывал отцам и дедам кривичей тот же Свар о народе многолюдном, что жил на самом юге Срединного континента, что народ тот желтокожий был воинственным и мало похожим обличьем на соплеменников князя Гридая. Неужто басурмане южные сюда решили пожаловать?

Но скоро рассеялась тревога.

Уже подплывали чужаки к берегу. И было видно, что в каждой лодке по пять человек сидело. Один из каждой пятёрки кормчим был и длинным веслом умело направлял лодку к берегу. Остальные либо с парусами управлялись, либо вёслами подгребали..

И видит князь и люди его, что молодцы пришлые все как на подбор, рослые да белокурые. Да, мокрыми от брызг и утомлёнными они выглядели, а всё же счастливо улыбались, сверкая крепкими зубами.

А чего не улыбаться? С ледоходом тронулись они с верховий Ле-реки и два месяца мытарились они в пути.

И вот у цели они своей.

Помогли кривичи вытянуть лодки высоко на берег. А навстречу князю уже шагал, чуть покачиваясь на уставших ногах, человек роста исполинского.

На целую голову пришелец был выше Гридая, роста по местным меркам, немалого. Одет гость был в такую же, как у князя, рубаху до колен, подпоясанную толстой витой верёвкой. Портки его тоже мало чем отличались от портков кривичей.

К князю этот человек шёл босиком. Может, ичиги свои в лодке оставил, может и вовсе без обуви жил.

Но, скорее всего, все пришлые обувь свою поснимали, пока шли водой на лодках. Всякое же может случиться, а вплавь до берега сподручнее добираться босиком, а не в сапожках сафьяновых или ещё каких.

Подошёл молодец к князю, поклонился в пояс:

– Ты, видимо, князь местный?

Странно, у кривичей речь была плавной, с растяжкой последних гласных звуков в каждом слове, а гость говорил бегло, быстро и слово «князь» у него звучало, как «княз». Но понимали они друг друга, а это значило, что не чужими они были.

Дружелюбие, что сквозило в этом вопросе, открытая улыбка гостя растворили последние всполохи тревоги, что колыхались в душе Гридая.

– Да, я и есть князь кривичей, Гридай. А тебя как звать, молодец? Откуда и куда лодками правите?

Снова широко заулыбался пришлый парень:

– О-о! Об этом долгий разговор будет у нас с тобой, князь. А зовут меня Матяня. Десятник я в войске Худилая, правнука великого Асура.