Ушедшие в вечность

В центре его камелёк из камней соорудили, а над ним отверстие малое, чтобы дым наружу уходил. Вокруг камелька вязанки лапника нарубленного лежали, прикрытые кусками рядна.

На них и уселись князья друг перед другом. Близнецы остались внутри шалаша, но у полога входного. А вокруг камелька да переговорщиков шебутились две сестры младшие Аси, Арья и Дарья. Сама Ася в своём шалаше осталась за сынком малым присматривать.

Сестрёнки же её, глазами постреливая в сторону чужака и дюжих близнецов, плошки глиняные с ухой наваристой на чурбаках расставляли, ковригу хлебную на куски пластали, ложки князьям с улыбкой и поклоном в руки совали.

Федун даже языком зацокал, наливая в ендовы из липы вино красное, пузырьками исходящее.

– Честно признаюсь тебе, друг Яроглав, давно я уже красоты такой женской не видел. Ах, какие девахи – кровь с молоком! У нас здесь женщин единокровок раз, два и обчёлся. В основном местными полукровками пробавляемся. Их ведь чистокровные аримане не жалуют и третируют нещадно,так что они к нам жмутся.

Видно было, как умаслились глаза Федуна, бессовестно разглядывавшего девушек. Он так и «ел» их взглядом.

– Да и то сказать, далеко мы и от Гардарики, и от южных русов, что по Ра-реке да на Танаисе живут. Оттуда к нам князья местные только парней для службы ратной шлют. Девки редко с ними сюда попадают. А тут лепота какая перед глазами!

Он снова застрелял глазами в сторону сестёр. А они, услышав комплименты в свой адрес, зарделись, зашушукались меж собой, да князь их из шалаша от греха подальше вон погнал.

– Ну, всё, сестрички милые, идите ужо отсюда, дайте с другом моим по душам потолмачить.

Чарка за чаркой, разговорились князья, развязались языки, каждый о своём наболевшем стал рассказывать. Бурдючок винный уже наполовину опустел, когда Федун уже без обиняков всяких стал предлагать Яроглаву остаться со своим племенем здесь, в этих землях даурских, и вместе границу от ариман стеречь. Не знал он, что Яроглав давно другую мысль вынашивал.

Хотел он продолжить путь на запад и среди родичей обосноваться. Жизнь бок о бок рядом с воинственными ариманами его не прельщала. Учителя небесные, когда ещё о коварстве желтокожих отцам -дедам рассенов рассказывали. А Федун, приняв задумчивость князя чуть ли не за согласие,снова вина плеснул в ендовы.

– Говорили волхвы великомудрые да старики древние, что ещё до мора страшного через наши земли проходило племя огромное, вот как твоё.