Северный Эдем

Лето в этих широтах было в самом разгаре. Ярило (вот и к слову название пришлось), видимо, так прожгло своими лучами землю, что даже трава на берегах реки, не говоря уже о степи вокруг, стояла выгоревшей, пожелтевшей. Вскоре на левом берегу они заметили несколько строений из стволов бамбука, а чуть поодаль от них вытоптанную площадку с тремя ракетопланами чужаков. Начэкс отключил автопилот и скосил глаза на монитор радара. Никаких воздушных целей от го-ризонта до горизонта. Впрочем, не исключалось, что какая-нибудь летающая платформа могла в это самое время находиться и за пределами видимости системы обнаружения целей.

– Рамх, поступим следующим образом. Я сажу свой шлюп между «лётной эскадрильей» драконов и постройками, а ты зависаешь над местом высадки, ведёшь наблюдение и не допускаешь, чтобы эти ребятки воспользовались своим воздушным флотом.

– Я понял тебя, тем более, что может ещё не все птички собрались на этом пятачке.

– Не будем исключать и такой вариант, день ведь в самом разгаре.

Да, жара здесь стояла неимоверная. Стоило было приоткрыть фрамугу кабины после посадки шлюпа, как в лица Пера и Яра ударила упругая струя раскалённого воздуха. Борейцы были выходцами с северных широт своей планеты, и только скафандр не дал начэксу полностью «насладиться» прелестями местного климата. Похоже, жара и драконов загнала в тень их убогих жилищ. По всему было видно, что гостей они не ждали.

– Яр, останешься в шлюпе, но будь наготове.

Учёный уже готов был возразить начэксу, что неразумно идти в логово чужаков одному, но Пер опередил его вопрос:

– Не беспокойся, я знаю, что делаю.

Он легко, не касаясь подножки, спрыгнул на землю и постучал в дверь пассажирского салона. Оттуда один за другим по выдвижному трапу вы-шли четверо. Биры неотличимо походили друг на друга: одинаковые каштановые короткие волосы, мускулистые руки, ноги и груди, одинаковая защитная экипировка, включающая в себя грудные и спинные броники, шарнирные наколенники, корсет экзоскелета.

Шлюпы борейцев летали бесшумно, ну, почти бесшумно. Небольшой гул, создаваемый гравитационной подушкой, едва улавливался слухом. А вот топот, создаваемый пятью тяжеловесами, могли не услышать только глухие. Но их поступь всё-таки услышали.