Райдер

Нет, он не стал хуже. Но внутри него были какие-то перемены, которые он и сам пока не мог понять. Внутри было пусто. Внутри было полное разочарование. Он маялся и не знал, как избавиться от этого чувства.

Илья положил теплую ладонь на грудь. Нет, его сердце не болело. Но где-то под ним была такая пустота! Будто внутри чего-то не хватало, будто там образовалась огромная серая дыра, на месте которой раньше было что-то живое. Душа болела, а Илья не знал, как избавиться от этого пожирающего непонятного чувства, от которого внутри вдруг стало так неуютно.

Он с удовольствием вдыхал теплый летний воздух. Июнь только начался, а погода установилась очень теплая и спокойная. От асфальта исходил жар, проезжающие машины отравляли воздух и людей, без того отравленных жизнью.

Вяло и уныло Илья свернул во дворик и доковылял до подъезда. Он медленно поднялся на пятый этаж, и вдруг его настроение ухудшилось еще больше. Илья вспомнил про квартплату, которая все еще висела у него на шее, и остановился перед дверьми.

Он подумал о чем-то пару секунд, а потом спокойно зашел в квартиру. Илья разделся, заглянул в комнаты – никого не было. Тогда с некоторым облегчением он зашел к себе.

Илья угрюмо остановился в своей комнате и поднял твердый взгляд на стены. Затем спокойно прошелся по комнате…

– Юлия Мертц, – задумчиво вздохнул он.

И вдруг его глаза оживились. Он ощутил, как его кисти теплеют и как в них пульсирует кровь взбудораженного сердца. Илья сжал кулаки и в них проступили темные вены.

Он на мгновение закрыл глаза, но не выдержал. Илья рванул вперед и как ненормальный стал крушить все на своем пути. Он рвал плакаты и с остервенением раздирал их в клочья. В его песочных глазах играл маленький живой огонек, который придавал им блеск и странное сияние переливчатой темноты. Это был ураган, ураган чувств и выброс сжатой энергии, которая уже не могла ютиться у него в душе.

Покончив с одной стеной, он переходил к другой. На полу лежали разодранные образы прекрасного идола, девушки, чье лицо уже невозможно было разглядеть в груде хлама.

С Юлией Мертц все было кончено.

Илья тяжело вздохнул и упал в кресло. Его взгляд медленно прошелся по комнате. Теперь она была безликой и безумно пустой. Серой.

Серые обшарпанные стены давили своей массой и, казалось, не давали дышать. Илья вдруг почувствовал в сердце укол и не понял, что он для него значил, но неожиданно осознал, что вместе с Юлией из его комнаты ушла вся краска.