Ученик ведьмы

Матушка, им видите ли!

В сердцах захлопнув дверь, и заперев ее на засов, топая направилась обратно в свою комнату, на ходу бросив на себя взгляд в большое зеркало. Хм, подумаешь волосы на голове овином, а на лице маска зеленоватого цвета. Так она помогает красноту снять, а я вчера полночи прорыдала, и никак не могла без нее обойтись, иначе весь день в леопардовых пятнах ходить буду. Отбросив свиток, я подсела к зеркалу и принялась наводить красоту, а то еще кого-нибудь до кондрашки доведу своим видом.

– Матушка! – недовольно фыркнула я.

Пока наводила красоту, расчесываясь и стирая салфеткой маску, окончательно проснулась. Посмотрев в сторону удобной, мягкой кровати, тихо вздохнула. Ладно, поваляться еще и днем успею. Сейчас нужно завтрак на скорую руку приготовить, кофейку сварить. Интересно, Шиш все еще дуется, или как? Раздернув занавески, посмотрела на цветущий лужок с ручейком. Солнце светило, пригревало, и денек обещал быть теплым.

Чемодан вчера так и не разобрала, только вытащила кое-какие необходимые вещи, и он до сих пор сиротой лежал в углу комнаты.

– Ладно, – махнула рукой, набрасывая поверх пижамы теплый халат.

В доме было еще прохладно, видно, Шиш был экономным домовым, и печь топил только когда потребуется.

Толкнув дверь, вышла в избушку. Осмотрелась.

– Шиш, – позвала я, искренне веря, что все вчерашнее мне не привиделось и не приснилось. – Давай завтракать.

В ответ ни звука. Точно, все еще дуется. Ладно, и как мне теперь завтрак готовить? Печь-то топить я не умею.

Взяв в руки ухват, осторожно потыкала им в зияющее черным жерло русской печки.

– Н-да, проблема, – проворчала, ставя ухват на место. – А я хотела оладья поджарить, яичницу с сыром…

Но нет, все равно не повелся на мои вкусности заманухи… так что теперь самой придется сухую крупу жевать.

Прошарив закрома, я нашла яблочко. Одно, но зато какое! Румяное, наливное, сок сквозь тонкую кожицу аж светиться… само в рот так и просится. Ладно, по утрам много кушать вредно, решила я, поднося плод к лицу.

– Стой! – раздался встревоженный голос домового, а сам он прошел в закрытую дверь с кошелкой в руках.

– А? – повернулась я, недоумевая.

– Не ешь яблоко! – секунда, и Шиш уже рядом, выхватывает яблоко из рук.

– А тебе жалко? – обиделась я.

– Да, жалко, – ответил тот, пряча яблоко в небольшой сундучок.

– Жмот, яблоко пожалел! – оскорбилась я, отходя в сторону и садясь за стол.

– Тебя, жалко! – отозвался домовой.