«На Москву». Из истории белой борьбы

Говорили о денежной валюте, об экономическом нашем крахе, о том, как во Франции исчезли сантимы и остались су. То же произошло и с нашими копейками: их нет, и самая мелкая единица, пожалуй, – это пять рублей.

– Да, Ваше Превосходительство, только вера в конечное торжество нашего дела способна поддержать наши силы, – сказал я. – И вот первый шаг сделан – Ростов взят.

Генерал как-то странно переглянулся с корниловским офицером, и от этого взгляда захолодело у меня в душе. Я вспомнил, как на вокзале подошел к нам чиновник С.

и сказал:

– Мне передали из штаба Корниловской дивизии, что под Торговой и Тихорецкой обнаружен глубокий обход и поэтому Ростов будет сдан.

– Поменьше распространяйте такие панические слухи, – ответил ему резко поручик Алексей Л.

И вот теперь, в этом взгляде генерала, вдруг почудилось мне, что это правда.

– Вы радуетесь занятию Ростова, – продолжал генерал. – Но я считаю, что вообще наступать теперь не следует: нам надо уйти.

– Уйти?.. Но куда же, Ваше Превосходительство? На Мальту?.

. На Принцевы острова?.. В Сербию?..

– Нет, нам не надо покидать родной почвы. Есть неприступная узкая полоска земли – между Сочи и Туапсе. Мы должны щадить нашу драгоценную (я говорю это без всякой иронии) жизнь. Туда надо стянуть остатки славной Добровольческой армии – и ждать. Может быть, год, два, три. Дождаться, когда бабы пойдут с вилами… Плод еще не созрел; тогда он упадет прямо на нас – и тогда только мы должны выйти. Пока мы дружим с Англией, Черноморский флот в наших руках, – продолжал генерал.

 – Это будет действительно неприступная наша твердыня. Пусть нас соберется немного, тысяч двенадцать, но отборных войск, готовых на все. Пусть там не будет духа наживы и спекуляции, которые создают наши войска. Пусть соберутся там те, в ком жив дух незабвенного Корнилова…

Мне хотелось поставить точку над «i».

– Ваше Превосходительство, разве вы не чувствуете, какое значение для всех имеет взятие Ростова? Это первый шаг к дальнейшим нашим победам.

Какой счастливый день я испытал сегодня в городе. Я торопился, но я сегодня же попрошу командира отпустить меня в Ростов дня на два…

– Взятие Ростова – это новые лавры в венок Добровольческой армии и большая ошибка, – сказал генерал. – Вы в этом скоро убедитесь. А командир – я в этом уверен – уже не отпустит вас в Ростов…

Для меня стало почти все ясно. И когда мы остановились и я шел по темным путям, чувство ужаса и отчаяния сменило прежнее ликование.