Зимняя сказка, или С чистого листа

Перестав жевать, Аня прислушалась, так точно, кто-то вроде как скребется в замочной скважине входной двери. Отставив чашку на подоконник, Анна, медленно поднявшись с кресла, осмотрелась в поисках телефона, вот черт, оставила его в комнате! Судорожно сглотнув, она с замиранием сердца, практически не дыша, на цыпочках вышла из кухни и осторожно, чтобы не издавать громких звуков перебежала прихожую.

– Черт, цепочка! – раздался тихий возглас стоящего за дверью человека.

Голос был не мужской, женский, и почему-то до боли знакомый.

– Вась, я тебя слушаю, – шепотом начала, было, она.

– Ань, что за фигня? – с ходу возмутилась девица. – Я не могу попасть в твою квартиру! Ты дома? Открывай, давай уже!

Анна, скинув звонок, уже смело решительно направилась в прихожую и, сняв цепочку, настежь раскрыла дверь. На пороге действительно стояла, сияя улыбкой, от уха до уха Васька… с чемоданом и большой сумкой в руках.

– Привет, – пробубнила девица, затаскивая в квартиру вещи.

– Привет, – ответила Аня, с недоумением наблюдя как младшая сестрица, затащив чемодан, бросила сумку на пол. – Вась, ты это чего это? С вещами…

Закрыв дверь, девушка сняла куртку, аккуратно повесила ее на крючок, и скинула сапоги.

– Ань, ты только не нервничай, – виновато и одновременно смущенно растянула губы в улыбке сестра. – Я тебе сейчас все объясню.

Анна, медленно скрестив руки на груди пошла следом за младшей на кухню, а та уже вовсю шуровала в холодильнике, выгребая сыр, колбасу, йогурт, масло и хлеб.

– Ну, я слушаю тебя предельно внимательно, – Анна успела взять чашку с кофе, прежде чем Васька дотянулась до нее своими загребущими ручонками.

– Ой, да погоди ты с расспросами! – поморщилась девица, нарезая толстыми ломтями батом и щедро намазывая его маслом. – Дай поесть сперва человеку.

Смерив подозрительным взглядом поглощающую всухомятку бутерброды сестру, Анна насыпала растворимого кофе в чашку и налила кипятка.

– С молоком или так? – спросила она.

– Ш молоком… – с набитым ртом проговорила Василиса, протягивая нетерпеливо руки к чашке. – И шахар мне…

Анна поставила перед девицей сахарницу и села напротив изголодавшейся Васьки.