Охотничьи рассказы

*

Предложение Петровича устроить баню было встречено в лагере с восторгом. Трудно даже сказать, чему больше обрадовались ребята: завершению ли работ и скорому возвращению домой, или предстоящей бане.

Их можно было понять, – ведь уже три недели, как не видели они ни бани, ни горячей ванны, ни, даже, тёпленького душа. И все три недели на адской жаре, под солнцем, таежным гнусом, в пропотевшей, чуть ли не колом стоявшей одежде.

Нет, конечно, время от времени простирывали они на скорую руку свою одежду.

Ну, как простирывали? По мужицки, конечно, то есть – кое-как! Мыли головы хозяйственным мылом, поливаясь из котелка. Пробовали даже сделать купальню, расширив и углубив ручей.

Но такое купание даже в большую жару мало кто выдерживал, – только Петрович вот, да Игорь Голощапов, – уж больно студеная вода. Окунуться в ключ, чтобы освежиться, конечно, перепробовали все, в том числе и недавно прибывший Алексей. Но и только. Там, в этой купальне не полежишь, не понежишься, – враз задубеешь от холода.

Другое дело Петрович, – он вообще человек особый, часто удивлявший коллег своими повадками. Он уже не молод, во всяком случае, значительно старше всех остальных своих товарищей по отряду, ему лет 45—47. Среднего роста и крепкого сложения, носит небольшую бороду, уже серебрящуюся проседью, и короткую стрижку. Ему не раз говорили, что он похож на Хемингуэя, – весьма модного в те годы писателя.

Встает Петрович каждое утро в шесть часов. Просыпается безо всяких будильников и всегда в одно и то же время.

Порою даже сам удивляется, плюс—минус, говорит, – пять минут. У меня, – говорит, – видимо, где-то внутри персональный биологический будильник встроен.

У него и спальник-то особенный, в нем долго не поспишь. У всех ребят спальники обычные, – ватные, толстые; они в скатанном виде сантиметров 40—50 в диаметре. А у Петровича спальник из фильтроткани – мягкой такой, белоснежной, тонкой пористой ткани, толщиною миллиметра в 2—3. Словом, пижонский спальник.

Ему подарили этот спальник его друзья из ПВС Дарасунского рудника. ПВС – это пыле-вентиляционная служба. Они там эту фильтроткань используют в вентиляционных системах для пылеулавливания.

Так вот спальник Петровича в скатанном виде – не больше тубуса чертежного, ну разве что чуть-чуть побольше. Он и носит то его, скатанным на манер солдатской шинели, поверх рюкзака, – обечаечкой такой.

Утром встанет Петрович и сразу, босиком и в плавках, рысью к ручью.