Подводные НЛО

Меня просили не бояться, уверяли, что никакого вреда мне не причинят. О себе мне рассказывать не пришлось – обо мне все было известно. В основном вопросы задавал я.

Как я понял, они не из нашей Галактики, а из какого-то созвездия. Естественно, что сознание было несколько затуманено… То, что они мне показали, не укладывается в рамки нашего кино. При затемнении внутри помещения все было как бы наяву, то есть имело объем, издавало звуки и так далее. Не подумайте, что это похоже на голографию, нет. Такого я никогда не видел и, видимо, не увижу.

Я понял, что они умеют управлять полем гравитации и многое-многое другое. Что это тело – робот-автомат, который посылается сюда для выполнения вполне определенных заданий. На мой вопрос, почему они напрямую не вступают в контакт с нами, мне ответили, что на том уровне, на котором находимся мы, это практически невозможно, что это принесет нам большие неприятности.

Во время беседы мне казалось, что на некоторое время я терял сознание, но, по-видимому, ненадолго.

Когда многие вопросы были выяснены, мне задали вопрос: не хочу ли я покинуть пределы Земли и войти в более высокую цивилизацию? Сказали, что у них есть достаточно обитателей Земли.

Я отказался и поблагодарил их, а потом все-таки сказал, что с возвратом – с удовольствием. Но оказалось, что с возвратом – нельзя, так как для человека – это гибель.

Меня очень любезно таким же образом доставили обратно в воду, я поплыл к берегу. Когда я уже был на берегу, ослепительно яркий свет озарил все вокруг, и я смог спокойно выбраться оттуда» (Шарков, Москва).

Источники энергии световых эффектов – это плавающие видимые объекты, представляющие собой межпланетные автоматические устройства или управляемые пилотами летательные аппараты пришельцев, использующих дно морей в качестве базирования и перевалочных пунктов.

    Чарлз Форт. «1001 забытое чудо. Книга проклятых». США, 1919 год

От автора

Мое обращение к подводной составляющей уфологии вызвано не только основным человеческим инстинктом – познавать, но и причастностью к ней.

Тяга к необычному была у меня, видимо, врожденной и нередко оборачивалась драматически. Меня, например, всегда интересовала вода. Будучи четырех лет от роду, пытаясь разглядеть, что там под водой, я сорвался с берега приусадебного прудика и утонул. Садовник, которому меня доверили, ненадолго ушел. А вернувшись, не сразу догадался, что надо схватить грабли и протралить ими неглубокий водоем.