Отрадное

И как ей было тяжело хоронить молодого мужа и как ей невыносимо теперь жить одной и что сын её неизбежно оказался в одиночестве. Но она вдруг поняла: вот, правильно говорили девки – в исполком ходить – сколько нервов нужно, а итог всегда один – ты разговариваешь со стеной.

И она, забыв про заявление на столе и его голову как залежалое яйцо, пошла разъяренная, как лев, и сраженная, как лань, в своей жажде социальной помощи. И шла домой после исполкома долго, специально не напрямки, а по шоссе, чтобы выпустить пар, так сказать.

Ну и поехала к себе в депо.

Там, в кабинете начальника, как-то по-особому пританцовывая, маленький человечек с улыбчивым лицом и детской лопаточкой на рабочем столе сажал на противень рассаду помидоров.

– Вы ко мне? Слушаю. Говорите. – Не отвлекаясь от работы и не смотря на нее, произнес он. – Слушаю, слушаю, не тратьте свое и мое время.

– У меня муж был, а потом он погиб. А свекровь на меня взъелась и хозяйка на съемной попросила меня выехать, а мужчина, с которым я начала жить для помощи и воспитания ребенка не захотел мне помогать социально, и мы с ним расстались.

– Да? Муж умер. Дальше, – напомнил он, прорыхляя канавку между двумя грядками.

– А мы с ним снимали комнату.

– Да. Снимали. Дальше. – Так же не глядя в её сторону, но восхищенно на саженцы. – Вопрос! Вопрос!

– Что-что? – не поняла она.

– В каждой ситуации должен быть вопрос. У вас какой вопрос ко мне?

– Теперь я одна, снимать не могу. Что мне делать?

– Вот. Видите? Вы дозрели до вопроса. Это уже хорошо. Но у вас он поставлен некорректно. Нельзя начальника ошарашивать глобальным вопросом «Что вам делать?» Вы должны, прежде всего, сузить его до своей теперешней ситуации и добавить некоторых деталей для совместного решения со мной.

Она ничего не поняла, но, глубоко вздохнув, выпалила про вчерашнее:

– Я написала заявление в исполком с просьбой дать мне комнату по потере кормильца.

– Вот видите, как хорошо вы поступили. Вопрос сузили, ввели свои реалии и подали в письменном виде. Ну, вы просто молодец! Вы успешный ученик!

Это матери уже не понравилось, и она его перебила:

– Знаете, что они сказали?

– Я слушаю, слушаю.

– Они сказали, что не строят. Они сказали, чтобы я ехала к вам и у вас подала такое заявление.