Пущенные по миру

Пока плотники за несколько дней построили кузню, по разнарядке района из Калуги доставили меха, наковальни и прочий кузнечный инструмент. Однако не всегда охотно ей помогал Наметов, так как собирал с колхозников продналог. Правда, она не просила, хотя Наметов старался не упускать её из виду, но и он, в свой черед, обращался за помощью к Снегову. В тот день секретарь райкома был не в духе и заговорил не столь дружелюбно.

– Пётр Иванович, уж тебе должно быть стыдно не знать сельскую жизнь.

– Да это верно, кузня нам понадобилась. Глотов свою-то разобрал и увёз.

– Хорошо, эту проблему решим… А ты найди подходящего человека освоить аграрную науку.

– Подберу, молодёжи хватает, а вы меньше выдергивайте на стройки социализма…

– Ты меня не учи, неужели не знаешь, что партия как решит, так и должны делать.

– Это-то да, спасибо за содействие, теперь управимся сами…

* * *

В кузню поставила Силантия Пантюхова, который ещё в доколхозное время подковывал лошадей на своем дворе, тогда к нему за помощью шли и ехали даже из соседних деревень.

Отдельные пахари беспричинно прерывали работу и долго перекуривали, а то и пили самогон. Когда она их насильно подымала, они не огрызались, не перечили, но как-то лениво приступали к делу. Прохладное отношение мужиков к труду Екатерину подчас доводило до слёз, после чего у неё не было сил возмущаться.

Однако Наметов, наблюдавший со стороны её торные стёжки по улицам, вызвал лентяев в сельсовет, ознакомил с уставом колхоза и внушительно прибавил, что их прогулы приравниваются к вредительству. И за срыв весенне-полевых работ может последовать серьёзное наказание…

– Вот что, дорогие граждане: или будете работать в колхозе на совесть, или пойдёте туда, – и при этом Наметов многозначительно кивнул через своё плечо.

Эту угрозу мужики восприняли вполне однозначно, что впредь чикаться с ними никто не собирается, а то и впрямь сошлют туда, где Макар не пас телят.

Но даже и после нахлобучки они всё равно шагали на наряды не шибко быстро и к работе приступали неторопливо.