Беглая Русь

Я догадалась: это же самое ты Вальке тоже говорил? – и пытливым взглядом колькнула того…

В этот момент снова беспечно и заливисто заиграла гармошка, призыв которой к веселью и танцам, песням и частушкам был таким настырным, что Зина начала на месте притопывать каблучками туфель, при этом строя Давыду глазки. И откуда-то сбоку зазвенел задорный девичий напев: «Хороши, ой, да хороши, у милого глазёнки! А его сердце трепещет по моей сестрёнке!..»

Зина, разумеется, узнала, кому принадлежал этот озорно взвивавшийся ввысь и плавно опадавший припевками голос, и она быстро оглянулась и сквозь разгоревшееся, высоко взметнувшееся пламя костра увидела направленный на неё весёлый взор сестры Капы.

– Во, даёт! – воскликнул Давыд. – Как из танка прямой наводкой. Зинуля, пошагали отсюда, а то уже артобстрел начали. Погуляем хотя бы разок да выговоримся сполна!

– Так ты шутишь или серьёзно? – переспросила Зина.

– Пойдём, тогда всё узнаешь, – загадочно проговорил он, и они тут же пошли, постепенно поглощаемые темнотой.

Зина слегка задумчиво склонила голову, как бы глядя себе под ноги. Давыд пока шёл молча, всё еще не веря, что наконец-то он со своей девушкой, которая согласилась принять его ухаживания.

– Ну, так что я должна узнать? – спросила Зина, кося взор на кавалера, когда костёр, поляна, молодёжь, давно остались позади.

– А то, что с первого дня я в тебя втрескался по уши. И вообще, Зинуля, хотел бы, чтобы ты стала моей женой…

– Ой, мамочка, как обухом по голове! – Зина даже приостановилась, как вкопанная, охваченная внезапной оторопью, и её голубые глаза радостно засияли.

 – Но что из этого может получиться? – со смехом, ласково прибавила она.

Он не знал, что ей ответить и сказал первое, что пришло на ум:

– А что-нибудь получится! Я не могу красиво говорить, уж не взыщи, как умею. Считай, что я за тобой ухаживаю уже всю неделю…

– Вот уж, пожалуйста, не ври, а кто намедни Вальку провожал? Если бы она пришла раньше меня, наверное, опять пошёл с ней?

– Это получилось не по моей воле, тогда ты всю вечёрку голосила и дрыгала ногами… Но всё равно я думал только о тебе…

– Какой врун, какой врун! – в ужасе произнесла Зина.

– Полегче, Давыд, ты даже так не умеешь дрыгать ногами. Или чёрт тебе ноги спутал? – ехидно засмеялась девушка.

– Я православный христианин, танцульками не увлекаюсь и нечего смеяться! – Давыд высматривал на её сумрачном от темноты лице продолжение насмешки.