Дрозды

Он смог практически без приключений добраться до области Войска Донского, откуда желал доехать до Крыма, и, в конце-концов, покинуть Россию и более не принимать участия в том безумии, что творилось в стране.

Попался он глупо. На вокзале в Ростове его совершенно случайно опознала давняя знакомая из Санкт-Петербурга. Вот уж кого он никак не ожидал встретить здесь, так это её, Анну Губельман, с которой встречался еще в гимназические годы.

Ныне мало кто мог узнать в небритом молодом человеке в солдатской шинели блестящего гвардейского офицера.

Но Анна его узнала сразу. И он узнал ее, как только увидел. Хотя теперь на ней была кожаная крутка, галифе и сапоги, вместо нарядного платья и шляпки.

– Вот так встреча! – вырвалось у женщины. – А еще говорят, что бога нет!

Мужчины с винтовками, что сопровождали Анну, с удивлением посмотрели на неё. С чего это вспомнила бога убежденная атеистка?

– Мы не зря пришли на вокзал, – сказала она. – А еще говорят, что офицеры, после провозглашения Донской республики, более не едут в Ростов.

Лабунский попытался скрыться, но она его остановила:

– Господин Лабунский! Невежливо не поздороваться со старой знакомой. Ребята! Возьмите вон того парня в шинели!

Один из солдат с винтовкой спросил:

– Этого? Дак вроде наш!

– Наш? – Анна усмехнулась. – Офицер лейб-гвардии Конного полка.

– Этот? В драной шинели?

– Шинель не так сложно сменить, Смирнов. Сколько раз тебе говорить. Учишь вас учишь, а все без толку! Арестовать его!

– Стоять!

Лабунский остановился.

Бежать смысла не было. Все равно возьмут.

На него набросились солдаты и обыскали. Из кармана изъяли наградной браунинг, единственную вещь из прошлой жизни.

– Ничего больше у него нет кроме этой дамской игрушки, – солдат передал Анне пистолет Лабунского. – А документов никаких.

– Здравствуйте, поручик! – Анна подошла к Петру. – Неужели не узнали?

– Je t'ai reconnu tout de suite, mademoiselle. Но я корнет, – поправил он молодую женщину.

– Что?

– Я корнет. Не поручик.

И никогда не служил в лейб-гвардии Конном полку, мадемуазель. Корнет лейб-гвардии уланского пока. В прошлом. А ныне когда полка нет, и я в прошлом офицер. Здравствуйте, Анна Генриховна.

– Вы меня сразу узнали?

– Как можно вас не узнать? Вы мало изменились за эти годы, Анна. Только вот ваша одежда изменилась.

– Я уполномоченный Чрезвычайной Комиссии[1 - ЧК – Чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем. Образована в декабре 1917 года.