Россия – мой тёплый дом

Все это происходило военной весной 1943 года в Нижнем Новгороде, когда я самовольно возвращался из эвакуации в осажденную Москву. Мне было 16 лет, меня только что ссадили с товарного поезда и привели под строгие очи офицера. Из документов у меня было только свидетельство об окончании семилетнего образования в московской школе.

Вернувшись, офицер взял первый лист из того, что я написал, и недовольно пробормотал: «Ну что такое ты тут пишешь? «Первый раз я влюбился, когда мне было пять лет». Нам-то что до этого? Пиши только о деле, прежде всего как ты попал сюда к нам на Волгу.

А вот насчет лестницы в твоем доме, я что-то не понял. Как это возможно, войти в парадное с улицы, подняться по лестнице на второй этаж и оказаться в соседнем корпусе во дворе?. Что это за лестница такая волшебная? Пиши яснее!»

О лестнице тогда же пришлось написать более подробно.

Что же касается всей «тюремной рукописи» в целом, то позже она была мною существенно доработана и дополнена описанием событий, произошедших как до, так и после возвращения я Москву.

По правде сказать – и сейчас в этом уже можно без опасений признаться – в одном месте этой рукописи, представленной офицеру, мне все же пришлось слукавить. Опасаясь, что меня после задержания вернут в удмуртский поселок Кизнер, место моей эвакуации, откуда в октябре 42-го года начался мой путь возвращения в Москву, я писал, что еду из Омска, что на тысячи километров дальше от Москвы и куда отправить меня назад, как я полагал, было бы невозможно.

Глава 1

Первые шаги по бездорожью

1. Военный детский сад

Когда глаза привыкли к полутьме, царившей в подъезде, можно было увидеть, как маленький мальчик медленно поднимается по лестнице на второй этаж. Он был так мал, что обычные ступеньки для него были слишком высоки. Держась левой рукой за железные прутья лестничных перил, он с явным трудом преодолевал одну ступеньку за другой. За один прием он мог осилить только одну ступеньку.

На нем была белая рубашка с короткими рукавами и короткие черные штанишки. Свою шею он окутал слишком большим для него кашне черным в белую горошину. В правой руке он держал маленькую тряпичную игрушку – свинку с розовым пятачком.

Поражали деловитость и упорство, с которыми он совершал свое восхождение.

Преодолев первый лестничный пролет, малыш остановился на распутье.