Весы Правосудия Божиего. Книга вторая

За утренние часы он успел объездить немало точек, где на продаже были «Аргументы и Факты», а также и «Новая газета» с его самого стишками под загадочным и несменным заглавием «Весы Правосудия Божиего».

Я депутат, я жизни рад,

В кармане у меня мандат.

Я воровать могу в законе,

Спокойно сидя на балконе.

Внизу толпа голодных граждан,

У всех у них до власти жажда,

Не обольщайтесь вы пока,

Избранник ваш тут свысока

Укажет путь вам и стезю,

Закон вам даст и пенсию,

Но не большую, не чтобы жить,

Существовать, для цифры быть.

А счет мне нужен для отмазки,

Народ, мол, выбрал для огласки,

И бабки валят мне со всюду,

Как отказаться, гадом буду.

Лохи мне верят, я манаю…

Все, что ни ляпну, одобряют.

Так пусть мне хлопает народ,

Ему ведь нужен антипод.

Герой, воспетый во поэмах,

Я депутат, я брат, богема.

А вам, плебеям, землю рыть,

Чтоб свою кроху получить.

Обеденное время пришло само собой, а он, не задумываясь о еде, купил букет роз и, словно мальчишка, с трепещущим сердцем подался на свидание.

Чтобы не компрометировать замужнюю даму в глазах ее коллег, цветы он оставил в машине, а прихватив кипу газет, легким шагом зашел в библиотеку.

Пока с менеджером велся разговор о периодике, что Гарри предложил на реализацию, в проеме двери кабинета, неся несколько книг, вдруг появилась она.

Мужчина подскочил, чтобы даме помочь, их взгляды и руки встретились, тут, несомненно, было ясно со стороны, что эти люди вовсе не в первый раз соприкасались друг с другом.

Менеджер – пожилая женщина, и от ее опытного взгляда сей прекрасный факт, конечно же, не ускользнул. Она улыбнулась и, подмахнув размашистой подписью газетную фактуру, глянула на часы и, не скрывая своего восхищения молодыми людьми, жестом указала, мол, давайте уже, можете быть свободны как птицы.

Спустя пять минут они уже ехали за город, так пока еще толком и не познакомившись.

Первым тишину порвал Гарри, представившись в конце-то концов.

– Шарон, – она промолвила, на самом деле, с румянцем скромности на щечках.

Вскоре он остановил машину под дубом внушительных размеров на берегу озера, в котором плавали всевозможные водные птицы, но не птиц разглядывать они сюда ехали.