Весы Правосудия Божиего. Книга вторая

Тут доктор мог ее обнадежить лишь одной простой фразой:

– Держись, время должно излечить и это, а иначе радуйся, парень живой и вовсе не инвалид, а представь, если он остался бы невменяемым или неподвижным.

В кашу разбитое лицо через несколько месяцев и повторных операций по удалению кусков асфальта, крошкой которого было буквально нашпиговано, практически восстановилось, парень обрел свой нормальный внешний вид, и только головные боли его мучали постоянно, все никак не заживала перепонка, а может, так было надо для мозга, ведь там также шел процесс восстановления, и возможно, что именно это отверстие было необходимо организму для дренажа при рекуперации мозговых клеток, кто знает…

Во всяком случае доктор давал утешительные прогнозы, и один день после осмотра он объявил, что отверстие в перепонке полностью зарубцевалось.

– Поздравляю вас с выздоровлением, – он воскликнул, не веря своим глазам, – ваше ухо как новенькое.

– Да, Деян ответил, вполне нормально ведя разговор, я сам уже пару дней как это почувствовал, в одночасье изменилось восприятие звуков, да я и лекарство перестал закапывать.

Янка, словно родив сына заново, испытала волну счастья, и чувству благодарности к доктору в ее душе не было границ, они и до катастрофы были близкими друзьями, соседями, а теперь спасший ее сына человек, нейрохирург, был уже практически членом семьи.

Да если бы не было доктора-соседа, то Деяну уже три года назад был бы поставлен памятник, ибо так он и остался бы в морге, вовремя не получив реанимационную помощь уже практически покинутому душой организму.

Да уж, ситуация тогда была достаточно курьезна, ведь скорая помощь с места аварии забрала только одного, а Деяна, посчитав мертвым, брать не стали медики, мать вашу. Так вот, в морг его тело привезли друзья, загрузив на заднее сидение частной автомашины.

Странно, что ни фельдшера скорой, ни друзья не заметили в нем признаков жизни. Так же и в морге, благо еще хоть не стали с ходу делать вскрытие, ведь зарезали бы заживо.

– Вы поверите или нет, то для меня не важно, но там я был и знаю теперь, что в смерти ничего страшного нету. Хорошо и спокойно там было, светло и безмятежно, но встретил я деда, поговорили, так вот это он меня назад сюда в жизнь отправил, говорит, мол, тебе еще рано, хоть тут и лучше, чем там при жизни, а возвращаться придется.